Гордость чаинской стороны (Герой Социалистического труда Ремберт Эльмарович Палосон)

Гордость чаинской стороны (Герой Социалистического труда Ремберт Эльмарович Палосон)

16.03.2016, Александр СОЛОВЬЕВ. В приложении - работа учащихся Коломеногривской СОШ
ФИО переселенцев
Алтынцев
Арапов
Березин
Брижатых
Ведяпин
Веснин
Григорьев
Губин
Демьянов
Дьяков
Зварыгин
Килин
Коняев
Коробейников
Костицын
Майбах
Мухосранов
Палосон
Пермяков
Пономарев
Поспелов
Скибин
Соловьёв
Столяров
Сулейманов
Тихонов
Трубилин
Ушаков
Шалдов
Тип материала
История
Места переселения
Васильевка, Томская губерния

Похожие материалы

Гордость чаинской стороны

По-сибирски красива чаинская земля! На широких холмах-гривах сумрачно зеленеют кедрачи, полянами света золотятся среди тайги поля, обрамленные березняками и осинниками. Пересекая их, в раздольную Обь неутомимо стремятся таежные ручьи, речки, речушки и, конечно, Чая, которая  цвета чая…  А на прибрежных взгорьях стоят вековые села – Коломенские Гривы, Леботер, Чемондаевка, Ермиловка, Васильевка, Сухой Лог… 

Все они чуть сторонятся большака, по коему текут грузы в Подгорное, Колпашево, Парабель и дальше – на север, к лесникам, строителям, нефтяникам. А по проселкам навстречу им выбегают, торопясь на юг, круглобокие молоковозы и грузовики, над высокими бортами которых покачиваются бычьи головы… 

Такой представилась мне чаинская земля лет сорок назад, когда впервые на ней я познакомился с Рембертом Эльмаровичем Палосоном, который более двадцати лет подряд возглавлял совхоз «Коломенский», самое крупное на севере области хозяйство: чтобы объехать на попутке его поля и луга, не хватало и недели. Примечательный это директор! Где бы ни сходился с ним – в зале совещания или у комбайнов, в конторе или на ферме, - он всегда собран и предупредителен. Никакого чванства, но и никакого панибратства. В отношениях и с начальниками, и с подчиненными одинаково вежлив, деликатен, интеллигентен. К тому времени он был награжден уже несколькими орденами, был членом обкома и депутатом областного Совета, мог бы и возгордиться, но не было зазнайства у него в характере. Не появилось оно и после того, когда ему присвоили звание Героя Социалистического Труда.

О своих впечатлениях от встреч с Палосоном и его товарищами, специалистами, доярками  и трактористами я тогда с вдохновением рассказывал на страницах «Красного знамени», а затем в книжке «Коломенские встречи», изданной еще в 1983 году в Новосибирске. С тех лет и до сей поры не было у меня ни одной поездки в Чаинский район, чтобы там вновь и вновь не заходила речь о Ремберте Эльмаровиче и его делах, хотя он в 90-е годы был вынужден по разным причинам, в том числе и по состоянию здоровья, перебраться в Томск, где и живет сейчас. И все-таки мне порой представляется, что никуда он с берегов Чаи не уезжал. Недавно, в сентябре, когда я снова был в Подгорном,  это ощущение снова ожило: и глава района Владимир Столяров, и другие сельские руководители говорили о Палосоне так, будто он где-то рядом. Обаяние его личности и его директорский опыт не утратили своей притягательной силы. Было такое чувство, что стоит лишь свернуть с большака к Коломенским Гривам или к Леботеру - и обязательно встретишься с ним. В чем же секрет такой памяти и такого притяжения? 

У его авторитета была, понятно, основательная база – большой и сплоченный коллектив, более 20 тысяч га сельхозугодий, три мощных молочных комплекса, в которых стояло около шести  тысяч голов скота, репродукторная  ферма, свинарник, гараж с хорошо оснащенными мастерскими, орошаемое пастбище, полевые станы, летние дойки на лугах и дома животноводов. А затем появились еще благоустроенные многоэтажки, школа, Дом культуры, стадион… Всего, кажется, и не перечислишь. Ныне такие объемы производства и строительства на северной земле (да еще приплюсуйте сюда с десяток сел и деревень со своими бытовыми нуждами) даже трудно вообразить. И всем этим огромным хозяйством надо было управлять денно и нощно. И Палосон управлял – четко, умело, аккуратно.

Конечно, у него, что называется,  под рукой всегда были управляющие отделениями и бригадиры, высококвалифицированные специалисты, но первый распорядитель и ответчик все-таки был он, директор.

Как он руководил? Некоторое представление об этом дают отзывы работавших с ним людей, записанные мной еще в то время. Доярка Мария Майбах: «Главное в нем – это забота о людях. Что Палосон пообещает – непременно выполнит, словом не сорит». Управляющий отделением Савелий Демьянов: «Он сам работает, не жалея себя, но и нам спуску не дает». Секретарь райкома Иван Григорьев: «У него редкий талант руководителя. Уйди он с поста директора – и совхоз поедем делить…»

Откуда взялся в этом человеке недюжинный талант руководителя? Берусь утверждать, что вырастила и воспитала его чаинская земля, на которой он сначала работал пастухом, а затем трактористом, комсомольским инструктором, потом – бригадиром, заместителем председателя колхоза, потом снова бригадиром в своей Васильевке, где жила мать. А когда создали совхоз, то его назначили управляющим Коломеногривским отделением.  Как видите, никакого взлета, но рост – постоянный.

Не хватало знаний, приобретал их на курсах механизаторов в МТС и, работая  в Коломенских Гривах уже управляющим, сумел в Томском сельхозтехникуме заочно выучиться на агронома. Но и этого было маловато. Тогда молодого, растущего руководителя послали на курсы повышения квалификации в Новосибирский сельхозинститут. Правда, полностью закончить эти курсы ему не дали – направили в Усть-Бакчар, где надо было возглавить колхоз. Ситуация была непростой. Но народ выбрал Палосона, поверил ему. Чем же он их взял? «Многого я им не обещал, - вспоминал позднее Ремберт Эльмарович, - но сказал, что, как бы там ни было, а  в лапти переобуваться не будем!»

Возникали и казусы. Приезжает он в поле к трактористам, спрашивает: «Как дела?», а они к нему со своим вопросом: «Где сто граммов?» Они привыкли, что бывший председатель объезжал поля с ящиком водки, которая тогда была «стимулом» к лучшей работе. Возможно, именно тогда Палосон возненавидел разгильдяйство и убедился, что нельзя жить по-хуторски, что нужна настоящая дисциплина. И все же сплеча он не рубил. Умел уберечь и заинтересовать в работе даже самого горького пьяницу. И люди начали постепенно поворачиваться к нему своей душой. Поняли, что он старается не для себя, а для них. Уже через год колхоз собрал хороший урожай, поправились дела и на фермах. Чистая прибыль составила 360 тысяч рублей – по тому времени огромная сумма. Поистине героические усилия молодого председателя были оценены орденом Ленина. Но получил он эту награду  уже на  посту директора совхоза «Коломенский». Как не хотелось вновь переезжать ни ему, ни его жене, как ни трудно было оставлять только что поставленное тобой на ноги хозяйство, но сверху сказали: «Надо!» - и Палосон, уважающий дисциплину, подчинился.

Возглавив в начале 70-х совхоз, образованный из шести отстающих колхозов, Палосон  вновь начал с коренной перестройки системы управления. Но подход был уже несколько иной. Разбросанные на обширной территории слабые, но многоотраслевые  хозяйства занимались всем, но мало что у них получалось. Вместо этой «всеядности» Палосон ввел внутрихозяйственную специализацию: каждое отделение, то есть бывший колхоз, стало заниматься строго определенным делом: одни – производством молока, другие – мяса, третьи – выращиванием молодняка. Одновременно внедрялись новые технологии и машины, проводилась реконструкция всего и вся.

Желаемые успехи пришли, разумеется, не вдруг и не легко. Но в результате такой перестройки доярок, например, стало вдвое меньше, а молока каждая из них стала получать раза в три-четыре больше. Продуктивность стада выросла раза в полтора, а затраты на единицу продукции снизились наполовину. Доставалось, конечно, всем… И однажды, после моей недельной поездки по совхозу, Ремберт Эльмарович, с которым в те дни я виделся лишь мельком, поинтересовался: «Специалисты случайно не жаловались, что я слишком строг с ними?» - и тут же пояснил: «Понимаете, иначе нельзя. Если работать вполсилы, с прохладцей, мало чего достигнешь». 

Нет, на него не жаловались. Все видели, что он сам работает, не жалея себя. И не криком берет, не приказами, а убедительностью своих решений, силой духа, директорским, если хотите, обаянием. Своим авторитетом он не подавлял, а поднимал людей. Поэтому не случайно рядом с ним в разные годы работали  по-своему тоже выдающиеся личности. Причем все они, как мне казалось, были чем-то (может, скромной самоотверженностью?) похожи на директора. 

Этим мне, например, запомнились управляющие отделениями Николай Михайлович Коняев и Савелий Владимирович Демьянов, зоотехники Валентина Дьякова и Александр Ведяпин, ветврач Капитолина Скибина, супруги Брижатых, экономист Раиса Зварыгина и агроном Александр Губин, бригадир Анатолий Пономарев  и, конечно, доярки: знаменитая Таисия Березина, впервые на северной ферме получившая за год от коровы 4500 кг молока, и Мария Майбах, мать шестерых детей. Запомнил я также молодых, да ранних специалистов-зоотехников Галину Шалдову и Антонину Коробейникову, которым, только что окончившим сельхозтехникум, Палосон доверил руководство крупными животноводческими комплексами.

В совхоз с годами приходили новые, все более подготовленные специалисты, и директору, чтобы умело руководить ими и отвечать требованиям времени, тоже надо было постоянно набирать высоту. И он набирал… Суть его директорского таланта состоит, пожалуй, в умении работать с людьми и ради людей. А что может быть выше этого? Отсюда и не боязнь пойти на хозяйственный риск, и предельная самоотдача. И – мужество. Нет, не показное, не картинное, а житейское, будничное. И в таком режиме он работал десятки лет. Так что Героем его назвали отнюдь не из пропагандистских соображений – он это действительно заслужил. 

С тех пор утекло, как говорится, много воды, в какую сторону – всем известно… Утраты от реформ горьки. И в Чаинском районе сельскохозяйственные картины местами стали – как бы помягче об этом сказать – трудно узнаваемыми. Но дело, уверен, не дойдет до того, что аграрные рекорды советских лет станут на северной земле чем-то похожими на предметы древней кулайской культуры, экспонатами которой славится  краеведческий музей в Подгорном. И результаты труда знаменитого директора все-таки не пропадут бесследно. Они живут и работают в памяти людей, в их стремлении сохранить и развить добрые традиции героического прошлого. И хотя, как говорит глава района Владимир Столяров, сельское хозяйство на чаинской земле обрывается, являясь «концом географии» на аграрной карте области (дальше к северу его уже нет), но здесь-то оно живет! Знать, действительно крепки славные корни двадцатого века! И, постигая новые технологии и правила, работают и Усть-Бакчарское хозяйство, где в свое время председателем был Палосон, и фермеры, среди которых широтой размаха  выделяется Роман Ушаков, и, разумеется, личные подворья. По крайней мере, комбинату Чаинской потребкооперации, главному перерабатывающему предприятию района,  есть у кого закупать сельхозсырье, чтобы затем поставлять готовую продукцию не только в свои магазины, но и за пределы района.  

Палосону уже 80, с чем его поздравляют как старые, так и новые руководители, родные и близкие люди. Здоровье самого Ремберта Эльмаровича, изношенное долголетней, честной и многотрудной деятельностью на благо северян, пошатнулось и не позволяет заниматься даже общественными делами. Но его окружает своей любовью его испытанная опора – семья, жена Феодосия, разделявшая с ним все тяготы  и радости директорской страды, их дети и внуки… Сын, Юрий Рембертович, назначен в обновленной областной администрации начальником  департамента по социально-экономическому развитию села. Что ж, ему, как говорили в деревнях, и вожжи в руки. И, селяне, думаю, вправе рассчитывать, что сын достойно продолжит мужественное, честное и благородное дело своего отца - Героя.

Александр СОЛОВЬЕВ.

Подгорное – Томск.

 

Палосон Р.Э.


Условные
обозначения
столица
региона
город село деревня,
поселок
до 1917 года
после 1917 года
до и после 1917 года
Населенные пункты

История изменений

Комментарии (0)