Интервью  с Кононовой Валентиной Дмитриевной, 1939 г.р.

Интервью с Кононовой Валентиной Дмитриевной, 1939 г.р.

24.05.2015, Интервью брали Назаренко Татьяна Юрьевна, кадет Батухтин Андрей Павлович.
ФИО переселенцев
Батухтин
Кононов
Тишков
Тип материала
История

Похожие материалы

Интервью с Кононовой Валентиной Дмитриевной, 1939 г.р.

Валентина Дмитриевна Кононова родилась в 1939 году в д. Задомке Маслянского района Тюменской области, девичья фамилия ее была Тишкова.

Ее отец, Дмитрий Федорович Тишков, родился в Белоруссии в 1903 или 1904 году и умер в 1973 году. Рано ушел из дома. Лет в 14-15 он покинул дом и странствовал с бригадой строителей и в Грузии, и в Сибири. Потом осел в Сибири, и домой больше не возвращался. Он получил педагогическое образование, работал сначала учителем в сельской школе в д. Задомке Маслянского района Тюменской области (преподавал русский язык и литературу), потом был назначен в д. Рождественку того же района. Там об был директором школы, потом - работал библиотекарем. Он участвовал в Великой Отечественной.

Биография мамы, Арины Егоровны, (род.1918 г. - ум.1988 или 1989 г.)   запутана. Семья мамы родом из Нижегородской губернии, как сама она говорила «из России». Будучи уже взрослой девушкой, лет примерно 18, она приехала в Сибирь с тетей, монахиней по имени Пелагея. Валентина Дмитриевна не знает точно, при каких обстоятельствах ее мама осталась сиротой, действительно ли   тетя Пелагея была ей родственницей и даже не знает, было ли имя Пелагея ее   именем, полученным при крещении или после пострига. Она плохо помнит эту бабушку – та умерла, когда девочка училась в школе. Уже позднее стало известно о том, что у Арины Егоровны Тишковой есть родная сестра Екатерина Егоровна. Она жила в Магнитогорске. Мама о ее существовании не подозревала, и   Валентина Дмитриевна не помнит, как обнаружилось это родство. У этой женщины есть сын Владимир. Сестры потеряли друг друга очень давно, и никогда больше не виделись. Кто были родители – неизвестно.

- Судя по времени переселения, ваши родители могли быть раскулаченными?

Не знаю, никто не рассказывал.

Разница в возрасте между   отцом и мамой Валентины Дмитриевны была очень большая - девушку-сироту выдали замуж за учителя   всей деревней.

- Почему ваш папа так долго оставался холостым? Он ведь был сельский учитель, это – завидный жених?

У него было одно качество, которое нигде и никогда не ценилось – он любил выпить.

Мама была очень красива, но имела всего три класса образования,   а отец был человеком очень образованным, любил читать. В деревне его   уважали – он   писал просьбы для всех. Был членом партии.

Брак Дмитрия и Арины Тишковых был заключен в 1936 году. 

До войны у них родилась одна девочка, ее звали Зинаидой, но она   вскоре умерла. Потом в 1939 году родилась Валентина Дмитриевна. В 1940 или 1941 родилась еще одна девочка - ее тоже назвали Зинаидой. Потом началась война и отец ушел в армию. Когда он вернулся, дочки его забыли уже и прятались от «незнакомого дядьки». После войны родились Татьяна (1946 г.), Николай (1947 г.) и Любовь (1950 или 1951 г.) Все эти родственники проживали в дер. Рождественке Тюменской области.

Себя Валентина Дмитриевна помнит с того же возраста, как вернулся отец, а   она пошла в школу. Ей было 6 лет, но она   пошла в школу раньше положенного возраста. В Рождественке была семилетняя школа. А в старших классах она   училась в райцентре, с. Маслянке, которое находилось от Рождественки примерно в 30 км. Они там жили постоянно, примерно 20 человек из окрестных деревень.

Семилетняя школа с. Рождественка находилась в деревянном доме. Рядом был большой фруктовый сад, разбитый под непосредственным руководством отца. Школа имела 1 этаж, в классе училось примерно 20 человек. Классных комнат было мало, дети учились в 2 смены.

В деревне Рождественка была большая библиотека, в которую регулярно поступала   новая литература. Были книги   не только советских, но и американских, и английских писателей,   помнится, ежедневно по почте приходило по 5-6 новых книг.

В деревне все мужчины пили. Денег у людей было мало, они ходили в сельпо, брали под запись водку. Почему пили? Во-первых, мужчины приучились пить на войне, во-вторых, жизнь была тяжелая. Запомнились именно вечно пьяные и вечно недовольные женами мужчины. Было всего 2 семьи, где мужчины не то, чтобы не пили, но держались тихо, обособленно. Один из них был шофером. Он был спокойный и дружелюбный. У него у единственного в деревне был свой большой сад. Раньше сады были и у других, но ввели налоги на хозяйство. Сдавали молоко, яйца, а с сада – яблоки. Отец после введения налога (1948 г. – прим. ред.) вырубил все деревья, а у этого человека они остались. (О налоге: В 1948 началась очередная кампания по огра­ничению размеров личного приусадебного хозяйства, в рамках которой существенно выросли ставки сельскохозяйственного налога. Это привело к сокращению размеров приусадебных хозяйств. Вследствие этого произошло снижение налогооблагаемой базы и общей суммы налоговых поступлений. Для компенсации потерь государство в 1950, а затем в 1951 и 1952 вновь пошло на повышение ставок сельскохозяйственного налога. Другим способами увеличения размеров налогово-податного изъятия в конце 1940-х — начале 1950-х гг. были расширение контингента плательщиков за счет лиц, ранее имевших налоговые льготы, а также снижение размеров оставшихся льгот.)

Вообще женщины почти все работали в поле. Имели много детей. Занимались личным хозяйством. В семье Тишковых было 1, потом 2 коровы, 5 или 6 овец. 1-2 свиньи. Вообще старались держать матку. Если свинья погибала – то это было большое горе. Естественно, держали кур и гусей. Позднее гусей (примерно в 1960-е годы) держать перестали.   Помнится, что коровы, когда отелятся (а это происходит зимой), то брали телят в избу.

У всех были очень большие огороды - до 1 га. Отец, как учитель, имел огород 28 соток, меньше, чем у других. Копали огороды сами. Правда, когда колхоз   встал на ноги (после войны) стали давать на 1 день лошадь, пахали. Помнится, потом   пахали трактором. При посадке картофеля трактор ходил кругами -   в борозду бросали картошку, а он   следующим ходом ее засыпал.

Мама , Арина Егоровна, вставала рано, сперва работала в доме, а потом   в поле. На огороде работали дети: старшей доставался обязательный полив. Еще обязанностью Валентины Дмитриевны было мытье полов в доме. Полы были некрашеные, их мочили и скоблили ножом. Песком не терли – было слишком далеко носить песок.

- А полы ножом не исскабливались?

Нет, были очень толстые половицы. Так что шоркали или веником-голиком, или ножом. Красить полы стали довольно поздно. А вот скотиной дети не занимались.

Помнится, что   и после войны дома ткали и пряли. Была прялка, самопряха-стояк. Также довольно поздно появились утюги - Валентина Дмитриевна помнит, как белье катали рубелем.   Первый утюг был на угле. Белье стирали по субботам – раз в неделю, после бани. Стирали белье в бане, а выполаскивали - на озере. Стирали щелоком. Вода у нас была колодезная, очень холодная. Мыло было – его варили сами. Но оно использовалось исключительно для мытья. Мы сами не варили. В лавке продавалось исключительно хозяйственное мыло. Валентина Дмитриевна вспоминает, как первый раз увидела шампунь. Вернее, не шампунь, жидкое мыло. Это были уже в 1960-е годы, они жили в Тобольске. Это мыло привезли из Москвы.

На вопрос о праздниках в деревне, Валентина Дмитриевна сперва сказала, что были только советские – 7 ноября, 1 мая. Потом вспомнила, что праздновали Рождество,   Пасху и Троицу. На Троицу в дом для украшения приносил березки. Отец, коммунист, ругался. Еще весной неофициально праздновали приход весны – пекли жаворонки (праздник называли   именно так). Пекли из ржаного теста (потому что мука была ржаная). Также на Пасху пекли куличи. Отец сам умел печь хлеб. Валентина Дмитриевна тоже пекла.

На вопрос про одежду, которую носили после войны, Валентина Дмитриевна отметила, что с одеждой было плохо. Перешивали старое. Отец дошел до Берлина, но из трофеев почти ничего не привез: какие-то большие туфли, скатерть и еще какая-то мелочь. Все эти вещи семья продала и сменяла на хлеб.

В сельпо в обмен на сданные продукты давали ситец. У мамы была   машинка подольского завода, советская, с ручным приводом, и мама сама шила, причем не   только своим, но и на заказ, что давало возможность поддержать хозяйство. Кроила мама всегда на глазок, никакими выкройками не пользовалась. Наиболее распространенными материалами были ситец и штапель. Они были ярких расцветок и не линяли. Штапельная одежда считалась нарядной.

Когда Валентина Дмитриевна училась в Маслянке – то   иногда ездила в города – в Ишим и в Омск. Ишим – небольшой городок, в течение часа на поезде можно доехать от Маслянки. Валентина Дмитриевна и ее сверстники забирались в пассажирские поезда в тамбур. Проводники делали вид, что их не замечают и дети ездили сами. За большое счастье почиталось купить мороженное, погулять по городу.

Среднюю школу Валентина Дмитриевна закончила хорошо. Получила паспорт.  На паспорт надо было ехать в Маслянку и там фотографироваться. ВД не хотела жить в деревне. Решила ехать учиться в Томск.

Приехала, помнится, одетая крайне бедно, в фуфайке. «Я даже не представляла масштаба своей бедности». Поступать решила в Медицинский. Поступали бесплатно. Помнится, на вокзале Томск-1 встречали автобусы – было объявление, какой ВУЗ встрчает абитуриентов. Везли в общежитие. Конкурс был большой, поэтому побоялась подавать документы на лечфак, а   пошла на фармацевтический. Немного жалеет, так как экзамены сдала очень хорошо, могла пройти и на лечфак.

Закончила обучение в 1961 году. Работала по специальности недолго -   5 лет в Тобольском управлении аптек (1 год в низовой структуре, а потом – начальником), а потом преподавала в медучилище.

Училась в Томске. Там же вышла замуж. Все перемещения связаны с изменением места работы мужа.

В годы обучения Валентина Дмитриевна жила в общежитии на ул. Тверской. Ее стипендия (повышенная) была 22 рубля, раз в год получала из дома посылку с деньгами (20 р.) и съестным.  Комната была рассчитана человека на 4, жило человек 8. Спали по два человека на одной кровати. Варили из общих продуктов завтрак и ужин, а обедали каждый сам в столовой. Парням было легче подрабатывать, грузчиками и т.д.,  девушки меньше   подрабатывали.  Блатной подработкой было дежурство в больницах (не с 1 курса). Важно было хорошо учиться - повышенная стипендия.

Общественная жизнь: были студенческие праздники, гулянья. Клубов не было, а были студенческие праздники при ДК на Тверской. Много читали в библиотеке – была своя, медицинская, и в Пушкинку ходили. Много занимались спортом, Валентина Дмитриевна пыталась заниматься не только традиционными лыжами, но и фехтованием. Еще она была комсоргом. В ее обязанности, кроме прочего, входила обязанность делать еженедельные политинформации.

- А как молодежь в то время относилась к этому?

Были такие, которые вообще ей не интересовались. А вообще - мы жили как раз в «оттепель». Я хорошо помню, когда умер Сталин, мне было 14 лет. У нас рыдала вся деревня! А потом мы изучали материалы ХХ съезда, где разоблачался культ личности.

- А возвращение репрессированных?

Было трудно понять, как это – осуждали совсем невиновных? От нас это было совсем далеко. У нас в семье и в деревне репрессированных не было.

Подумав, Валентина Дмитриевна вспоминает, что во время сильного голода после войны бригадир следил, чтобы никто не собирал колоски. «По обязанности гонял». Но все же собирали зерна, шелушили их и мололи на жерновах. «Не помню, чтобы мы молчали из страха. Скорее – понимали, где и с кем можно говорить, а где лучше промолчать. А вот патриотизм был, хоть мы о нем и не говорили. Искренне считали, что наша жизнь – лучше, чем где-либо».

После окончания учебы вместе с мужем поехала по назначению. Сначала в Тобольск поехала, и, как уже упоминалась, год работала в аптеке, а потом – управляющая кустом аптек. Муж работал на судоверфи. Когда нашли нефть на севере, стала развиваться нефтяная промышленность, работал управляющим на нефтеперекачивающей станции на Самотлоре. Управление – в Томске,   и мы переехали в Томск. Я стала работать преподавателем в мед. Училище (колледж теперь), преподавала фармакологию.

Дети – сын Сергей 1962 года рождения, не женат. Дочь Наталья, 1974 г.р., в разводе, имеет сына Андрея, кадет Северского кадетского корпуса. Сын имеет неоконченное высшее образование (ТПИ), а дочь - стоматолог, работает в Поликлинике № 10, второе образование – психолог.

 


Комментарии (0)