История деревни Успенка в материалах интервью.

История деревни Успенка в материалах интервью.

24.05.2015, Воспитанник Северского кадетского корпуса Гордиенко А.И., 3 взвод.
ФИО переселенцев
Антух
Гордиенко
Криулько
Федосеев
Шимко
Тип материала
Документ
Места переселения
Успенка, Томская губерния

Похожие материалы

Я, Гордиенко Артемий Игоревич, учусь в Северском Кадетском Корпусе. На уроке истории наш учитель, Акуличева Л.А., рассказала нам о Столыпинской реформе 1906 года. Так мы узнали, что многие из живущих сейчас в Западной Сибири - потомки столыпинских переселенцев. Они приехали в Томскую губернию в начале ХХ века. Наш класс заинтересовала эта тема, и, чтобы узнать о ней больше, мы отправились в Томский областной краеведческий музей на выставку «Сибиряки вольные и невольные». Музейные сотрудники предложили нам принять участие в проекте, чтобы собрать как можно больше воспоминаний потомков переселенцев. Мы согласились.

В октябре 2014 года мы поехали в деревню Кижирово Томского района, в однодневную экспедицию. Мы гуляли по деревне: разыскивали старые дома, осмотрели также кладбище. На кладбище мы записывали фамилии людей, живших в Кижирове до Великой Отечественной войны. Там было несколько могил людей по фамилии Криулько. Выяснилось, что родственники этих людей живут в Томске. Мне поручили взять у них интервью. Оказалось, что Криулько родом не из Кижирово, а из Успенки – это тоже переселенческая деревня. Дату ее основания я пока не нашел, но соседние деревни существуют с конца XIX века.

То, что я узнал об истории этой деревни - результат двух интервью. Одно - с Виталием Михайловичем Криулько (1933 г.р). Второе – с Маргаритой Александровной Криулько (Федосеевой) (1937 г.р.).

Что было на месте деревни когда туда приехал дедушка Виталия Михайловича – Егор Степанович Криулько? Там была пасека, которая называлась Успенская. Виталий Михайлович еще уточнил, что пасеками называли хутора, видимо, потому что на этих хуторах разводили пчел. Названа эта пасека была так в честь православного праздника Успенья.

Дедушка Виталия Михайловича Криулько - Егор Степанович - приехал в эти места из Виленской губернии. Он приехал сюда посмотреть места, куда могут переселиться его односельчане и родственники. То есть он был ходоком. Выбрав место для поселения, он вернулся на родину, и приехал сюда уже со своими односельчанами и с братьями: Федором, Петром и Михаилом. Родители братьев остались в Виленской губернии. Так же с ним приехала невеста Егора Криулько - Мария Ивановна Антух. Все приехавшие по национальности были белорусы, а по вере - православные. Приехали из Белоруссии (Виталий Михайлович также говорит «с России») потому, что на родине им не хватало земли. Виталий Михайлович говорит, что все жители Успенки были белорусы. Все четыре брата Криулько женились на белорусках. Это уже после революции появились браки с представителями других национальностей: украинцами, поляками – также переселенцами. Но жена его двоюродного брата Николая Маргарита Александровна Криулько, которая впервые увидела деревню в 1959 году, вспоминает: «В Успенке жили представители разных наций: белорусы, украинцы, поляки, были и русские. Иван Иванович (ее свекор) считал нацию по той стране, где родился. Он родился в Белоруссии – белорус, жена – украинка, а сын – русский. В деревне бытовал странный говор: «Я как пришла в деревню – не понимала, о чем они говорят, был свой говор, все языки слились воедино!»(Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интервью с Маргаритой Александровной Криулько// С сайта http://cибирики онлайн).

Кроме деревни Успенки рядом были другие переселенческие деревни: Петропаловка (русские), Селивановка (белорусы), Гродненка (половина населения – русские, половина - поляки), Малиновка (поляки). В Петропавловке, которая была чисто русская жители гордились своей речью, а жителей других деревень без разбора называли «хохлами». При этом Виталий Михайлович вспоминает: «Бабушка (Мария Ивановна Криулько) по-русски говорило чисто». И сам Виталий Михайлович говорит по-русски чисто. Но у бабушки встречались в речи белорусские слова, например выдвижной ящик кухонного стола она называла то «шубляда» то «скрыня».

Деревни Успенка, Покровка, Петропавловка названы в честь православных праздников, но церковь была только в Петропавловке. Это село было волостным, то есть главным.

Сам Виталий Михайлович родился в Томске, но часто гостил у бабушек в Успенке и в Силантьевке, а с 1941 года вообще жил в Успенке. Он хорошо помнит Успенку.

Деревня была большая. В ней было 2 улицы, через деревню текла река и был пруд. Этот пруд вырыли уже в советское время. Каждую весну льдом ломало плотину, никто не знал, как устроить, чтобы лед таял постепенно. Воду брали из нескольких колодцев, один был рядом с домом бабушки.

Поля, на которых выращивались хлеба, были не далеко от деревни, примерно в 2-3 километрах. А на дальних полях (угодьях) пасли коров. В годы Великой Отечественной Виталий Михайлович был подпаском и пас коров там.

В годы Великой Отечественной войны количество полей сократилось: не хватало лошадей и некому было работать. Лошадей забрали на фронт, кроме того, была эпидемия, лошади умирали. Виталий Михайлович вспоминает, что пахали только на бычках и, по его словам, бычки слушались только мужчин, а женщин они не слушались. Потому возить дрова, сено, пахать, посылали мальчиков. Он не пахал в колхозе (бабушка не пускала), но боронил.

Рядом с домами были огороды, на них росли свекла, морковь, брюква, репа, картошка. Росли огурцы, которые выращивали на навозных грядках, от которых шло тепло. Но не выращивали помидоры. Держали много скотины. В советское время почти в каждом доме была 1 корова, бычок или телка, 4-5 овец. Из птицы держали кур, но не держали уток и гусей. В доме была привезенная с России прялка и русская самопряха. Бабушка пряла шерсть. Из этой шерсти так же катали валенки. В деревне был пимокат (валенки делал за продукты), он жил бедно: «Не все умели хозяйством распоряжаться».

В советское время в деревне была начальная школа - 4 класса. В классе Виталия Михайловича было 6 девочек и он – единственный мальчик. А в Петропаловке дети учились до 7 класса. Весной и осенью ходили из деревни, зимой успенские жили на квартирах.

В Успенке клуба не было, во всех торжественных случаях собирались в школе. В Петропавловке был клуб (бывшая церковь), но детей оттуда гоняли.

Больницы в Успенке не было. Медицинский пункт был в Петропаловке, там даже были койки для тяжелобольных. С легкими болезнями справлялись сами. Женщины тоже рожали в домах - помогала им бабушка-повитуха.

Родители Виталия Михайловича уехали из Успенки в Томск примерно в 1930-1931 году. Почему он не помнит, видимо, это было связанно с созданиями колхозов: «Это было принудительно, если бы добровольно – тогда так бы не уезжали». Семья Криулько считалась небогатой, но не голодали. После начала войны Виталия Михайловича отправили жить в деревню, в городе было голодно. Голода во время войны Виталий Михайлович не помнит. О том, насколько снабжена была продуктами деревня, говорит и такой факт: «По деревне ходили городские и ворожили на блюдце. Брали блюдце, обязательно фарфоровое, клали его на карту, опускали на него два или три пальца несколько человек взрослых. На карте были цифры и буквы. Блюдце нагревалось, и начинало двигаться, давая ответы на вопросы. На вопрос «Кто под блюдцем?», оно ответило: «Черт». Гадали, все правду, а в благодарность гадающим давали продукты. Так зарабатывали». (Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интерьвью с Виталием Михайловичем Криулько. С сайта http://cибирики онлайн)

Виталий Михайлович и Маргарита Александровна подробно описали дома и внутреннюю обстановку успенских жителей.

Дом бабушки был под двускатной соломенной крышей. В русской Петропавловке дома в то время крыли деревом. «Имелась кухня и комната. В кухне была русская печь – у дальней стены справа, устьем к выходу. Напротив стоял кухонный стол. Слева стоял обеденный стол, над ним висела икона. Слева у входа стола бабушкина кровать. В комнате у глухой стены справа стояла кровать, а у стены с окнами - прямоугольный стол, табуретки, 4 венских стула, привезенные из квартиры отца Виталия Михайловича. Были домотканые половики и вышивки. Половики ткала бабушка, а вышивки делали ее дочки. В комнате тоже была икона». (Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интервью с Виталием Михайловичем Криулько. С сайта http://cибирики онлайн) А вот описание дома свекра Маргариты Александровны Криулько: «Дом Ивана Ивановича Криулько (свекра) в Кижирово был «на две половины» - попросили нарисовать план – Маргарита Александровна нарисовала классический пятистенок. Отметила, что в Успенке дом был такой же. Очень удивилась, что печка стояла слева от входа, хотя второе жилое помещение было справа от входа и рациональнее было бы поставить печку не у наружной, а у внутренней стены. Также отметила, что стол размещался по диагонали от печки. Устье печки располагалось к противоположной от входа стене, голбчика не было – печь стояла вплотную к стене. Кровать стояла справа от входа. Мебель была простая – печь, стол, кровать и полки вдоль стен, лавки. Интересно, что жили в первом помещении, с печью, вторая комната пустовала – дед надеялся, что Николай переедет к нему и будет жить, но Николай уже не хотел в деревню». (Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интервью с Маргаритой Михайловной Криулько. С сайта http://cибирики онлайн) Она же вспоминает, что «Бабушка эта (теща Ивана Ивановича Криулько, мать его второй жены) жила одна, имела коня, огород». (Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интервью с Маргаритой Михайловной Криулько. С сайта http://cибирики онлайн).

Родственники Виталия Михайловича Криулько и Николая Ивановича Криулько (мужа Маргариты Александровны и двоюродного брата Виталия Михайловича) имели большие семьи. У Егора Степановича и Марии Ивановны Криулько было четыре сына (Михаил, Иван. Василий, Дмитрий) и шесть дочек (Ольга, Анна, Клавдия, Татьяна, Федосья, имя еще одной он забыл). У Екатерины Осиповны (жены Михаила Егоровича и мамы Виталия Михайловича), не смотря на слабое здоровье было 4 ребенка (Василий, Виталий, Николай, Василий; в живых остался один Виталий). У родителей Екатерины Осиповны Криулько - мамы Виталия Михайловича: Осипа Яковлевича и Елены (Хельки) Шимко были три сына (Владимир, Михаил, Иван) и 2 дочки (Екатерина, Мария).

В деревнях в первой половине XX века праздновали как православные, так и советские праздники. Главным на празднике был праздничный стол. В Силантьвке на Рождество колядовали: ходили со звездой, желали счастья. В благодарность просили деньги. На Пасху красили яйца. На Троицу ходили на кладбище, поминали на могилах вареными яйцами. Стол собирали на Успенье, Петров и Ильин дни, на Покров. Из советских праздников в школе (потому, что клубов не было) устраивали общее застолье: варили брагу, варили еду.

Виталий Михайлович Криулько уехал из деревни примерно в 1947, и не помнит последних лет деревни. Зато их описала Маргарита Александровна: «Я была там в 1959 году, после свадьбы. Деревня к этому времени уже разъезжалась. Иван Иванович, отец мужа, уезжал предпоследний, после него уехала только его теща, мама тети Шуры Криулько. (Она умерла и похоронена в Кижирово, как и Иван Иванович)…Когда я последний раз была на месте Успенки, никаких признаков деревни уже не было – все распахано и засеяно. В Успенку ездил Николай Иванович – он все стремился объединить своих родственников, братьев-сестер. А деревня эта была большой, благоустроенной. Там была снеговая речка, так перегородили русло, и там было озеро. Что стало с домами? Вывезли дом Николая он продал. Его перевезли в Томск и он долго стоял где-то на Средне-Кирпичной. Дом был пятистенок.» (Назаренко Т.Ю., Гордиенко А.И. Интервью с Маргаритой Михайловной Криулько. С сайта http://cибирики онлайн).

Вот что мне удалось узнать о деревне Успенка. Сейчас этой деревни нет, но мы собираем о ней информацию. Я буду разыскивать других людей, живших в деревне, и искать информацию в книгах и интернете. На следующий год я собираюсь продолжить работу по истории этой деревни, опрашивать других потомков её жителей, может быть, удастся использовать документы из архива.


Условные
обозначения
столица
региона
город село деревня,
поселок
до 1917 года
после 1917 года
до и после 1917 года
Населенные пункты

Комментарии (0)