Материалы этнографической экспедиции ТГУ, 1975 г.,  Дер. Реженка, информатор: Брокан Юзефа Августовна, 1899 г.р., латышка

Материалы этнографической экспедиции ТГУ, 1975 г., Дер. Реженка, информатор: Брокан Юзефа Августовна, 1899 г.р., латышка

22.09.2014, Бардина Пана Елизаровна, Музей г. Северска.
ФИО переселенцев
Брокан
Дытля
Крешпевский
Макаров
Тип материала
История
Периоды переселения
До 1917 года

Похожие материалы

 

Латышка Брокан Ю.А., 1899 г.р.  – жительница д. Реженки Томского района. 1975 г. Фото Бардиной П.Е.

Приехала сюда в 1908 г. с родителями из Витебской губернии. Но этой деревни тогда не было, а километра три отсюда была деревня, тоже Реженка называлась. Приехали сами, по собственному желанию. Отец сначала один съездил, посмотрел, а потом всей семьей поехали. Потом, где-то в 1913 г. царь разрешил по хуторам селиться. Тогда мы сюда и приехали. Было нас три семьи, тоже латыши и тоже из Витебской губернии: Дытля, Крешпевские и Брокан. Сначала жили все в одной избушке, потом построили себе кто дом, кто землянку. Друг другу помогали строить. В деревне когда жили, на покос за 10 км ездили, а здесь в хуторе все было рядом, места много. Три пруда было, у каждого хозяина по пруду. В них карасей разводили. Сейчас ничего уже их нет. В логу – овраге речка протекает: Шостаковская речка называется. Почему – не знает.

Бугор метрах в 200 отсюда назывался «Жулище». Там жулики жили, скрывались и по дорогам грабили. Когда пахали на этом месте, то чугуны, горшки в земле находили. Еще Семибратки недалеко были, тоже там жулики жили.

Вокруг лес густой был, нет такого места, где бы ни корчевала. И пахала, и сеяла сама. Этот дом построили где-то в 1926 г., до колхоза. Тогда семья была большая, 9 человек, вот дом большой и построили. Это пятистенок, рубленный в угол из осины и сосны, под двускатной крышей из шифера. Раньше крыша была тесовая. Сначала план был деревню строить только по той стороне оврага – речки, а я первая на этой стороне построила, чтобы воду было легче носить, поближе. Глядя на меня и другие стали на этой стороне строить. Так и получилась деревня по обеим сторонам оврага. Сейчас в деревне 17 дворов. Когда колхоз образовали, много было народу, бригада была в 20 человек. Народу приехало много со всех сторон. Первый колхоз назывался «Трактор», одна бригада была из нашей деревни, а другая из Реженки, которая была км в трех отсюда. Сейчас той деревни нет. Почему Реженкой называется – не знает, наверное, какой-то Режин жил.

В доме была русская глинобитная печь. Сейчас печь выкинула, а трубу от нее оставила. Труба из кирпича. В нее идет дым по железной трубе из плиты, которая стоит посредине дома. Еще в девушках увидела такую железную трубу, научилась, у себя сделала. Потом и другие латыши стали так делать. От такой трубы тепла много, раз протопишь и целый день тепло. Над печкой были полати, выбросила их еще в 1930-х гг., до колхоза.

Первая комната называется «кухня», в ней русская печь, сюда же выходит плита с железной трубой. Около печи, вдоль стены, лежанка для отдыха. В углу – переносная скамейка. Стол – под передними окнами. В комнате много ситцевых цветных занавесок: перед устьем печи, перед железной небеленой трубой. Переднего угла нет ни в той, ни в другой комнате. Стены дома внутри штукатурены и побелены. Дверь, ведущая в другую комнату, огорожена двумя рядами цветных портьер. В этой комнате – «горнице» стоит шифоньер старой работы, большой стол и мягкий диван. В углу отгорожена еще часть – «спальня», где стоит кровать. В спальню имеется выход и из первой комнаты, за плитой.

Сени к дому прирублены, под односкатной крышей, делятся на кладовую и сени. В кладовой стоит большой ларь. Двор крытый жердями, на зиму еще закрывается соломой. Во дворе – срубная стайка и срубная избушка, которая служит баней и летней кухней. В этой избушке плита с трубой, т.е. баня по-белому, полок для мытья, а в углу – стол с посудой. Стены не белены. Избушка срублена в столбы. Стайка срублена в угол.

Во двор ведут большие двустворчатые ворота, которые заперты на деревянный засов; и одностворчатые ворота. В конце двора ворота, ведущие в огород. Пол во дворе выстлан досками.

У Юзефы Августовны есть прялка – самопряха, которой лет 60. Пряла на ней и шерсть, и лен. «Щеточки» - приспособление для расчесывания шерсти овечьей. Сделали их ей давно эстонцы, три пуда муки за них отдала. Сколько им уже лет, а не снашиваются. Две доски на щеточках размером 30 х 20 см, с прикрепленными ручками. Рабочая поверхность обита кожей с железными загнутыми зубчиками.

Пряли и ткали холст сами. Ткали сукно из шерстяных ниток. Нитки пряли сами и покупали в мотках. Ткали одеяла, половики. В 1925 г. еще сама ткала. Сама лен садила, мяла его, чесала, потом пряла и ткала. Полотенце белое льняное ткала сама в 1930-м году. Узор называется «тканье в елочку в четыре нити». Не вышитое, только к концам пришиты вязаные крючком кружева. Их вязала тоже сама. Простыни и скатерти тоже такие сами ткали. Станочек ткацкий был, еще из России отец привез. Недавно его сломала. На юбку ткали из шерсти в 4 нити без «елочки». Одеяла широкие, без шва ткали в 2 нити. Сукно ткали тонкое, потом его катали в горячей воде, чтобы стало плотное. Из сукна шили себе верхнюю одежду.

В колхозе лен тоже садили, мяли его, а потом колхоз сдавал государству. Сами уже не ткали

Дома, когда строили, стены на шканты не соединяли. А пол соединяли в «клепках» или на «шпунах», не помнит, как точно называется. Делали вырезы на половицах по бокам и соединяли.

Соседний дом под четырехскатной крышей из дранки был построен тоже в 1926 г. братом Ю.А. – Дытлей. Сейчас в нем живут Макаровы, приехали четыре года назад из Новосибирска. Но сначала крыша у дома была тесовая. Крыл дранкой ее уже другой хозяин, русский. Он работал лесником, привез этих щепочек и покрыл дом. Потом он уехал. Углы у дома обшиты досками.

Один год как-то у Ю.А. во второй комнате была школа. Учеников было много, а до Кузовлево ходить километров семь. Попросили, чтобы дали учительницу, а дом обещали найти. Вот здесь и была школа, 14 учеников занималось. А учительница жила у Ю.А. на квартире.

Сейчас (1975 г.) у Ю.А. жил один парень из заключенных на квартире. Недавно он исчез. Ю.А., чтобы ее не заругали, пошла и рассказала, заявила об этом единственному в деревне коммунисту, больше никого из властей в деревне нет.

 


Комментарии (0)