История родов  переселенцев Шутинских и Василевских

История родов переселенцев Шутинских и Василевских

18.09.2014, Геннадий Николаевич Березовский
ФИО переселенцев
Атимасов
Березовский
Буковский
Василевский
Герман
Гермов
Еремин
Жданович
Жохов
Камашко
Лозинский
Мальцев
Масловский
Мачкинис
Одинецкий
Петроченко
Попов
Рагейшин
Рутковский
Сакович
Топий
Тузиков
Тумалевич
Уманец
Чайковский
Чернов
Чирвинский
Шутинский
Яснецкий
Тип материала
История
Периоды переселения
До 1917 года
Места переселения
Итатка, Томская губерния

Похожие материалы

Род Шутинских-Василевских.

Родословная автора по материнской линии.

Род Шутинских.

Шутинский Викентий Адамович. Родоначальник, поляк, католик. Родился - 1830 г., Гродненская губерния, Волковыский уезд, Мстибовская волость, деревня Яриловка. - умер после 1900 г., точная дата смерти неизвестна.

Семья.

1-я жена: Антонида, 1830-1901

Сыновья:

Викентий (15/8.1877-3.5.1960). Похоронен в пос. Итатка.

Антон. 1878 г. 28.5.1938 г. Расстрелян в г. Томске.

2-я жена Софья (ур. Камашко), ум. после 1938 г.

Иван. 1.4.1880 - 25.10.1937 г., расстрелян в Томске.

Анна

Александр ?-1915, погиб в 1-ю Мировую войну.

Марианна 19.1.1902 – 1925г. В замужестве – Чирвинская.

 

Переселение   в Сибирь произошло в 1900 г, в Томскую губернию - Томский уезд, Семилуженская волость, деревня Тюнярь. Этот населенный пункт был образован в 1890 году. Селькупское значение слова Тюнярь – земляное болото. Деревня прекратила свое существование в годы хрущевского укрупнения колхозов. Первоначально деревня Тюнярь относилась к Семилуженской волости,   затем Александровской, затем - Туганский район, в настоящее время это территория Томского района. Население было в основном русское, поляки-переселенцы только Шутинские и Василевские. Викентий приехал в Сибирь со второй женой и ее детьми и с детьми от 1 брака, уже взрослыми, но неженатыми. Есть версия, что Антонида тоже приехала в Сибирь со своими сыновьями, но в дороге сильно заболела и по приезде умерла. Софья Камашко в 1938 году была еще жива, но ее увезла неизвестно куда жена репрессированного сына Ивана. Как жила семья до расселения на хутора. Столыпинская аграрная реформа позволила крестьяннам переводить земельные наделы в личную собственность, по желанию – выделяться из общины на хутора и продавать свою землю. Шутинские этим правом воспользовались в 1914 г. Было образовано три хутора: Викентия Викентьевича, Ивана Викентьевича и Антона Викентьевича. Неизвестно, остался ли Викентий Адамович в деревне Тюнярь, поселился   с кем-то из сыновей, или к этому времени уже умер.

Есть интересная информация о том, какие цены существовали на 1900 год. Изба стоила 35 рублей, две коровы - 35 р., лошадь 1 – 25 р., мелкий скот (коза, овца) – 15 р., соха - 5 р. (ГАТО 3-44-498 (тетр 5 стр 86) Безвозмездный кредит на одну семью переселенцев выдавался от 25 до 120 рублей, в среднем – 9 рублей на человека (данные по деревне Андреевка, ГАТО, 3-44-2861) Родители Василевские взяли ссуду в 100 руб. В среднем одна семья  после 1-2 лет проживания в Сибири после переселения из Центральной и Западной России имела одну лошадь, и часто просила дополнительный кредит по причине ее падежа, тогда как старожильческое население имело в среднем на одного работника в семье мужчину) по 3-4 лошади (данные по дер. Пяткова Тутальская волость – Юргинский район, по свидетельству Кудрина, ГАТО 3-44-2471)

Необходимость запасания кормов

В зиму одной лошади требуется 30 копен сена (примерно 3 т.), на корову - 25 копен. (Сведения Антона Гайделиса) Хотя по другим данным 100 копен хватало на 4 лошадей и  5 коров, а 200 копен – на 14 лошадей и 15 коров? (Сведения по Березовским) 1 копну сена – ок. 100 кг, можно было увезти на одном возу.

Викентий Викентьевич Шутинский. (15.08.1877-3.5.1960 г.) Старший сын Викентия Адамовича Шутинского. Елена Викентьевна Василевская-Шутинская. (Родилась 02.02. 1887 г. - ум. 30.03.1980) Это мои бабушка и дедушка по материнской линии.

Викентий Викентьевич приехал в Сибирь, д. Тюнярь в 1900 г., примерно в 1914 г. выделился на хутор в районе будущей ст. Итатка. 8 декабря 1906 г. обвенчался с Еленой Викентьевной Василевской, чья семья также проживала в д. Тюнярь. По словам бабушки, с одной стороны, ей было 13 лет в год переезда в Сибирь (1900), а  с другой ей было 16 лет в момент бракосочетания. По документам, она родилась в 1885 г. В то время я не обратил внимания на эту неувязку, а сейчас это пригодилось бы при поиске записи о бракосочетавшихся в Метрических книгах Римско-католической церкви, так как я эти записи не нашел. Искал и за 1903 и за 1906 г. и за другие года с 1888 по 1906. По словам бабушки, Елены Викентьевны, она обвенчалась, когда ей было 16 лет. Деду же – 27. Она замуж идти не хотела, но родители мужа Викентий Адамович и София Камашко были очень хорошие люди.

Их дети[1]:

Аделя 1.3.1907 -16.5.1987, г. Томск. (в браке Буковская)

Агата. 6.2.1909 – 6.9.1979, г. Одесса. (в браке Гермова)

Антон. 13.6.1910 – 1937, расстрелян в Томске.

Мария. 12.6.1912 – 26.5.1995, Асино (в браке Чайковская)

Анна 23.10.1914 – 3.12.1983, Итатка (в браке Мачкинис)

Эмилия[2] 19.10.1919.- 2012 , Итатка (в браке Одинецкая)

Петр. 29.6.1923-30.12.1991 п. Итатка.

Иван 5.6.1924 – 30.12.1983, Копылово.

Бронислава (26.7.1929) (Березовская) проживает в г. Томск.

 

Фактически детей родилось 12, но трое умерли в младенчестве.

За девять выращенных детей в 1948 году бабушка была награждена орденом «Материнская слава степени», должен быть степени, но на кого-то из детей, скорее всего, на репрессированного Антона, не было сделано документов. Из 15 внуков бабушка оставила эту награду мне на память.

Но это в будущем, а в 1914 году Викентий Викентьевич успел поставить на хуторе дом, (который и сейчас стоит на 10-15 метров южнее первоначального местоположения, во время переноса были сменены нижние венцы бревен), покрыл крышу тесом, но полы сделать не успел. Началась I-я Мировая война. В Томске мобилизация проходила с 18 июня по 1 августа 1914 г. На фронт забрали: Викентия Викентьевича, 37 лет, его брата Александра (год рождения не известен) и брата Елены Виталия Василевского. Последние двое погибли на этой войне, где и как – неизвестно. А Антон в том же году по рекомендации ксендза Ив. Демикиса поступил на службу в полицию в Томск, где был городовым с 1914 по 1917 г. Возможно, это была альтернативная служба. Иначе зачем ему по доброй воле бросать хутор, землю, хозяйство?[3]

Дедушка вернулся домой только в конце 1918 – начале 1919 года. Почти всю войну пробыл в «германском плену». Об этом периоде его жизни ничего не известно. В отсутствии мужа, Елена одна вела хозяйство, пилила лес, изготавливала доски (плахи) и возила на лошади продавать в Томск. Для изготовления досок использовалась ручная продольная пила. Бревно закатывалось на высокий, не менее 2-х метров) помост, и два человека, один – стоя на земле, другой – с помоста распиливали это бревно вдоль. Сейчас это трудно даже представить, но в тех условиях другого способа у них не было. Как она умудрялась это делать? Ведь на руках было пятеро детей (Анна родилась 23 октября, когда дед уже был мобилизован), а старшей дочери Адели было от 7 до 11 лет! Возможно, ей помогал отец, Викентий Василевский, или еще был жив тесть, Шутинский Викентий Адамович. В Томск с пиломатериалом выезжала после обеда. На ночь останавливалась в деревне Кусково (сейчас это мичуринские участки возле поселка «Рассвет», под горой, напротив кладбища) у своей племянницы Брониславы Петроченко (ур. Жданович), возможно, у своей сестры Розалии Жданович, ур. Василевской. Выезжала с таким расчетом, чтобы успеть на ярмарку в Томске.

После возвращения с войны у Викентия Викентьевича и Елены первой родилась дочь Эмилия. Все население Томской губернии, католического вероисповедания, на обряды венчания и крещения старались ездить в Томский костел. Но естественно, что не все могли это себе позволить (расстояние и финансовое положение не позволяли этого). Существовало много региональных местных храмов. Для обслуживания католиков Александровской волости в поселке Андреевка примерно в 1901-1902 гг. был построен деревянный храм из лиственницы. Андреевка находилась примерно в 10 км. Северо-западнее нынешней станции Итатка, ныне не существует, но сохранилось деревенское кладбище. Храм строили на век, а просуществовал он, в смысле ведения служб, до 1928-1930 годов. Затем использовался (как и в целом в стране) под различные хозяйственные нужды. В 1952 году здание храма было разобрано и перевезено в Итатку. Использовано под первый итатскиий сельсовет. Затем там находилась резиденция участкового милиционера и почта. Году в 1989 здание, к тому времени уже брошенное, сгорело. Место в Андреевке, где стоял храм, найти не удастся, оно распахано. На Андреевском кладбище хоронили всех наших родственников в тот период, когда они жили на хуторах с 1914 года до образования колхозов в 1929 году, когда многие вернулись в д. Тюнярь. Если оба этих населенных пункта давно не существуют, то деревенские кладбища, хоть и в запустении, но сохранились.

Небольшая личная деталь: Дед Викентий Викентьевич Шутинский курил очень много, самосад. Табак выращивал свой, от курения руки у него были желтые до самых локтей. Кисет с табаком он хранил на подоконнике,   рядом стояла широкая лавка. Внукам (Костя Чайковский начал курить в 10 лет), которые «тянули» у него табак, говорил: «Курите, но не прячьтесь, а то спалите что-нибудь». Но в 1954 году по рекомендации врачей бросил, прокомментировав: «Хочу еще пожить». Умер он в 1960 году в возрасте 83 лет.

Плодовитость на детей у наших предков была не в пример современным семьям. Но зависело то, естественно, не от особого здоровья, а от отношения к последующему поколению – нужны дополнительные руки для управления хозяйством, на мужчин в семье давали дополнительную землю, с которой крестьяне и жили. Да и управлять большой семьей родителям не составляло труда – старшие дети следили за своими собратьями-погодками. Так же было у Викентия Викентьевича. Разница в возрасте   девятерых его детей составляла чуть более 22 лет, от Адели, 1907 г.р. до моей мамы Брониславы[4] (1929 г.р.). Вырос я в окружении  родни по материнской линии – Шутинских и Василевских, в основном, конечно, среди родных братьев и сестер мамы и их детей. Ближе всего я был   с Чайковским Валерием (18.6.1953 г.р.) и Шутинским Владимиром (12.8.1954 г.р.). Не малое значение в этом сыграло и то, что возраст у нас был примерно одинаковый, и жили они в Итатке, куда мама меня возила в год по нескольку раз. А в летние каникулы я жил там постоянно, у Эмилии Одинецкой[5].

Так получилось, потому что отец у меня умер рано, в 37 лет, когда я перешел учиться только во второй класс. Общаясь с родней мамы, в то время я плохо представлял все родственные связи Шутинских, Василевских, Чайковских, Буковских, Мачкинис - кто кому и кем приходится. Для примера: в детстве я всегда считал, что Виктор Буковский (родился 6.10.1929) является для меня дядей, ведь он одного возраста с мамой. Оказалось, что он мой двоюродный брат. Также Константин Чайковский, Владимир Герман, Валентина Герман (Лозинская) – все двоюродные, но они по возрасту ближе к моей маме, воспринимались как представители поколения дядей и теток. И таких примеров много. Это влияние тех 22-х годов разницы в возрасте детей Викентия Викентьевича. Это и послужило первым толчком к разговору с бабулькой (так я обращался к ней в детстве) Шутинской (ур. Василевской) Еленой Викентьевной. Это было примерно в 1970 году. Этот разговор (с моей записью) можно считать началом моей деятельности по составлению родословной. Правда к этой теме я вернулся только через 19 лет, а активно решать вопросы в архиве только с начала февраля 1991 года, когда мне стукнуло 36 лет. Если бы продолжить разговор со старшими с 1970 года (сколько их ушло за это время!), но "бы" не бывает. Хорошо уже, что хоть что-то успел собрать.
Возвращаюсь к описанию жизни Шутинских. Я думаю, что дед не участвовал по крайней мере, активно, в событиях Гражданской войны. Видать, хватило плена, дети малые, особое отношение к происходящему вокруг бардаку? Но в этих серьезных катаклизмах (с 1914 по 1937 год) сам выжил, детей вырастил, себя в обиду не давал и другим не мешал жить. А выжить было непросто. Взять хотя бы ситуацию по изъятию продуктов на хуторе. По рассказам бабульки: красные придут - все заберут, белые придут - та же ситуация. А вот у его брата Антона (р. 1878 г.) и у сводного по матери брата Иван (р. 1.4. 1880) судьбы сложились иначе, и в итоге, не в лучшую сторону.

Антон Викентьевич Шутинский (1878 – 28 мая 1938 г.) и Елена (ур. Тумалевич).
Антон был женат первым браком на Елене, ур. Тумалевич (ум. 1958 г.),
Их дети

Анастасия - 1914 (Рагейшина)

Людвиг 2.8.1917 - 3.8.1982

Альбина - 1923-1987 (Уманец (или Уманцева)
Перед арестом Антон жил со второй женой (от которой детей не было) – Рагейшиной Розалией Федоровной. (р. 1.11.1879-26.7.1964)

После службы городовым в Томске с 1914 по 1917 года Антон продолжил держать хозяйство на хуторе. Жила ли его семья с ним в Томске, или на хуторе, без него? Он был самый грамотный в семье, хотя в графе образование – при заполнении документов после ареста стоит «нисшее» (так в оригинале!). Получил ли он это образование во время службы в полиции или наоборот, поэтому его и взяли туда служить? Благодаря этому и хозяйство вел с умом, оно у него было достаточно крепкое. В протоколе допроса  есть информация о хозяйстве. Имел он 1 крестовый дом, два амбара, две конюшни, одну завозню, одна баню. Рабочих лошадей - 5 голов, молодняк - 3 головы, дойных коров - 7, нетелей – 3, овец - 20, ягнят - 15, свиней - 6, подростков - 4. А также 2 постоянных наемных работника (в протоколе – батрака) и 15 сезонных. Своей земли - 55 гектар. Обрабатывал землю при помощи машин. Как кулак был в 1929 году лишен избирательных прав и обложен твердым заданием. Вспомнили и службу городовым, тем более на допросе он показал, что в городовых был добровольцем, «городовым в полицию г. Томска был рекомендован священиком Демикиным (ксендз Демикис)». После революции вернулся в деревню, заниматься земледелием.

А в 1933 году привлекался по статье 58-10. Все это было прелюдией к самому страшному. На момент ареста Антон Викентьевич жил с женой Розалией Рагейшиной и двумя детьми: Людвиг состоял в колхозе «Перестройка», Альбина – 15 лет, училась в школе. Старшая дочь Анастасия к тому времени вышла замуж за младшего брата своей мачехи – Рагейшина Казимира Федоровича (р.1900 г). До революции он и его сестра Розалия воспитывались в приютах. Казимир умел все, даже писать и   вязать ногами. При советской власти работал в милиции. У них были дети, все девочки, и те все не выросли. Анастасия умерла во время войны – перетрудилась, таскала рельсы. Людвиг взял в жены Мачкинис Таисию Селиверстовну, (род. 1.11.1924 г.) Их родители: мама Людвига Елена Тумалевич и мама Таисии - родные тетка и племянница.

У нихбыло трое детей: Владимир (1946), Леонид (1947-1985), Нина (1950).

Но вернемся к судьбе Антона Ивановича Шутинского. Он проходил   по следственному делу № 183 и был приговорен к расстрелу тройкой НКВД и расстрелян 28.5.1938 г. В феврале 1938 он был арестован, привлечен по статьям 58/4-6-10-11 УК РСФСР и по постановлению тройки НКВД от 22.4.1938 г. осужден к высшей мере наказания. Приговор приведен в исполнение 22 мая 1938 года. В 1959 году, в период так называемой "оттепели" он, как и все незаконно репрессированные, был реабилитирован. Но и в это время у властей не хватило смелости или желания сказать всю правду. В актовой записи о смерти, по Туганскому району за № 7 от 3 марта 1959 г (запись о смерти произвели только через 21 год) записано: "Умер 10 декабря 1943 года от бронхиальной астмы" И только после очередной волны по реабилитации жертв коммунизма в 1990 году, на заре перестройки (кстати сказать, в деревне Тюнярь так назывался колхоз - "Перестройка", куда сначала всех сгоняли, а потом всех выгоняли на расстрел) запись исправлена на "расстрелян 28.5.1938 в Томске". И место расстрела, а затем - массового захоронения известно всем - овраг Каштака. И ходят ежедневно по этим, частично закопанным, частично застроенным оврагам сотни, тысячи томичей, ходят по костям своих родных. Многие ли задумываются об этом, проезжая через железнодорожную ветку от станции Томск-II к «Сибкабелю».

Иван Викентьевич Шутинский (1880-1938). Неизвестно, был ли он призван на Первую Мировую войну, но с 1917 по 1919 год он воевал в Белой армии Колчака. По рассказам родственников он был очень набожный человек. Его жена Еремина Мария Марковна (р. 1986 г). Для нее это был второй брак, от которого осталась дочь, Шутинская Екатерина Ивановна (род. 1916 г.). Видимо, Иван ее удочерил. Были и совместные дети:

Вера – 26.5.1924

Эмилия 22.3.1925

Виктор – 1928 (тоже Еремин, т.к. отец был репрессиррован).

Бронислава – 1933.

Сведения о его жизни, семейном и имущественном положении частично дают материалы следственного дела НКВД. Вместе с Лаечко П.И. и Говором У.Ф. он был обвинен в создании польской террористической группы. В следственном деле указывается, что до 1900 г. жил в Польше, по переезду в Томскую губернию крестьянствовал, в прошлом имел организованное кулацкое хозяйство. Припомнили и наличие арестованного органами брата Антона. На момент ареста Иван Викентьевич работал в колхозе «Перестройка» в д. Тюнярь Бороковского сельсовета Туганского района Новсибирской области. Обвинялся в том, что он ведет антисоветскую агитацию, группирует вокруг себя кулацкие элементы, проводит антисоветскую националистическую агитацию, восхваляет   царский строй, утопил три колхозных лошади и сорвал случную кампанию, нелегально хранит револьвер системы «Бульдог» (с тексте «Булдог») и четыре боевых патрона. Обвинялся по ст. 58/4-6-9-10-11.

Поскольку Иван хозяйство имел крепкое, то был раскулачен в 1929 году, но не выслан.

По делу указывается, что он в 1928-1929 году навещал родственников в Польше, но потом вернулся на родину. Работал конюхом. По показаниям в ответ на вопрос о родственниках, Иван Викентьевич отметил, что в Польше у него живет дядя Шутинский Иван Андреевич, 62 лет и тетка Топия Виктория Ивановна, 65 лет. Проживает в Гродненской губерния Волковыский уезд, Мстибовская вол. д. Видеки. С этой родней он переписывался.

Обвинения, конечно, предъявлялись дутые, и, по видимому, показания редактировались следователями, но по протоколу допроса от 14.7.1938 г. Иван показал на себя: «Завербовал меня Говор Ульян Францевич, высказывался о намерении выехать из СССР, обида на Советскую власть, лишившую меня всего моего кулацкого хозяйства. Работая в колхозе «Путь социализма» Бороковского с/с умышленно уничтожал лошадей – вовремя не кормил, не выдерживал выстойки. Поэтому в 1937 г. пали три лошади. Среди колхозников вел контрреволюционную агитацию, в результате которой из колхоза вышли 7 хозяйств». Ему также приписывалась подготовка диверсионного акта с целью уничтожения коммунистов села. Факт, что акт терроризма не был совершен ставит под сомнеие и сами намерения. Тем более, что в деле указано «Что вещественных доказательств по делу нет». Всех проходивших по делу (Говора У.Ф., Лаечко П.И. и Шутинского ) расстреляли 25.10.1938 года.

Одинецкий Иосиф Леонтьевич. 22 августа 1889, дер. Полевая Березка Любарского р-на Каменец-Подольской (ранее – Винницкой) обл. – 5.10.1937 г., г. Томск.

 

По делу из архива ФСК. В начале дела приведена цветная схема построения моторного повстанческого отряда «Польской организации войсковой». По делу проходит 26 человек. Одинецкий И.Л. числится командиром 1 отделения. Помощником начальника – Шабаловский Иван Иванович, 1889 г.р.

При аресте его социальный статус был обозначен как «трудпоселенец», член неуставной сельхозартели, паспорта не имел, из зажиточных крестьян, социальное положение – кулак, до революции –занимался хлебопашеством, после – тем же. Образование имел низшее, б/п, в воинском запасе не состоял, как трудпоселенец.

Состав семьи:

Жена – Ольга Леонтьевна, 35 лет.

Сын Антон, 16 лет, Впоследствии – муж Эмилии Шутинской.

Сын Назар, 9 лет,

Дочь Рома, 11 лет.

Шурин – Павел Леонтьевич Яснецкий, 47 лет.

Все проживали: Красный Яр, Кривошеинский район ЗСК.

Для органов Госбезопасности он был «…активный участник контрреволюционной организации ПОВ, непосредственно участвовал в подготовке вооруженного восстания, занимался формированием боевых штурмовых отрядов и вел шпионскую деятельность в пользу одного из иностранных государств». Обвинялся по статье 58/2-6-8-11

В протоколе указывается хозяйство, которым он владел на момент ареста.

Лошадей 13, коров 12, молотилка, веялка, сенокосилка, дом, амбар, завозня. Родственники, кроме вышеперечисленных

Племянники Одинецкий А. С., 37 лет, Одинецкий В. С., 28 лет. (трудпоселенцы, работают на лесозаводе)

Как всегда, учитывалось и дореволюционное прошлое, а Иосиф Леонтьевич «… В старой армии служил в чине подпрапорщика, в 1919 г. участвовал легионером в Польском легионе в Сибири».

Вот как в протоколе охарактеризовано получение военного образования обвиняемым, записанное с его слов: «В 1911 году я был призван в старую армию, прослужив в ней до конца 1913 г., сначала рядовым, а потом – унтер-офицером. В 1913 году назначен в Житомирскую школу Унтер-офицеров, которую окончил в мае 1914 г., после чего был назначен старшим унтер-офицером. За боевые заслуги при военных действиях я был произведен в чин подпрапорщика и командовал взводом до мобилизации по болезни».

Участвовал он и в Гражданской войне. Летом 1918 г приехал в Новосибирск к родственникам, и видимо тогда и поступил в легион… Должность в Польском легионе - подпрапорщик, командир взвода легионеров. Находился в Польском легионе около 2х- месяцев, т.к. на одной из станций Забайкальской ж.д. заболел и отстал от отряда возвратился в Новониколаевск, где проболел до окончания Гражданской войны, после чего уехал в Винницкую область, где проживал до высылки в Нарым.

18.10. 1937 г. И.Л. Одинецкий и еще 26 человек были расстреляны.

 Род Василевских.

Василевский Викентий Викентьевич. (приблизительно 1845 г - 1929, Сиблаг) Поляк, католик.

Переехал с семьей в Сибирь из Польши[6] в 1900 г. Виленская губерния, Ошмянский уезд, Сольская волость деревня Гаути. Сейчас это территория республики Беларусь – Гродненская область, Сморгонский район. Жена: Сакович Юзефа Феликсовна. Род. 1855 г. – дата смерти после 1938 г., похоронена в д. Андреевка.

Дети:

Юлиан – 16.10.1885 – 15.6.1945, похоронен в Итатке.

Елена – 2.2.1887-30.3.1980 (Шутинская), похоронена в Итатке.

Розалия (Жданович) Она жила в Кусково.

Виталий – погиб в 1915, в 1-ю Мировую войну.

Паулина 1879-1901, умерла от чахотки, похоронена в д. Тюнярь.

Эти дети родились на старом месте жительства в д. Гаути. В Сибири родились, д. Тюнярь

Анна, 1.1.1902 - 25.9.1977 (Мачкинис), похоронена в Алма-Ата.

Ядвига 26.8.1906, судьба неизвестна, умерла в младенчестве, как и   другие дети: Доминик, Феликс, Вера, Адольф.

Семья переехала из Польши в Томскую губернию, Томский уезд, Семилуженскую волость, дер. Тюнярь по Столыпинской аграрной реформе. Затем деревня относилась к Александровской волости, и ныне она не существует. На родине у Викентия остались сводный брат Павел Августинович и двоюродный брат Томаш с сыном Эдвардом. У Юзефы осталась сестра Петрунеля, которая жила в соседней деревне Сыроватко. Рядом с деревней Гаути также находились деревни Лубянка, Нестено, Сморгонь. Соседями Василевских были Шутовичи, Жабинские (в Польше?) По приезду в Сибирь семья получила безвозмездную ссуду в 100 рублей По словам бабушки на нее купили дом, корову, коня, соху, борону – короче, полностью обустроились. Переселенцам также разрешалось рубить лес, сколько необходимо. Фамилия Василевские встречается в метрических книгах Томской Римско-католической церкви, у переселенцеев из Западных губерний она достаточно часта. Среди Василевских из Томской губернии есть крестьяне (как мои предки), мещане и дворяне, и все они в родстве с Викентием Василевским не состоят, так же, как семья Адама Василевского из д. Нижнике-Соколы Новокусковской волости Томского уезда. Адам Василевский - латыш, также католик. Он привез семью из Виленской губернии, Свиченский[7] уезд, дер. Резгуны. Остановился на нем подробнее, чтобы не путать два рода, тем более жили они далеко друг от друга, но венчались и крестили своих детей, скорее всего, в одном и том же костеле (в Андреевке, либо в Томске) У Адама Василевского также было много потомков.

Моя бабушка Елена Викентьевна Василевская по восстановленному свидетельству о рождении выданному в 1942 году родилась 2 февраля 1885 года, но ни дата не год не точны. 2 февраля – день ее ангела, возможно – день крещения, но не рождения. До 1906 г. Елена Викентьевна работала в Томске в богатой семье домработницей. 8 декабря 1906 года (со слов бабушки) она обвенчалась с Викентием Викентьевичем Шутинским. Записей о венчании в метрических книгах я не нашел. Дальнейшее жизнеописание Елены Василевской пересекается с жизнеописанием В.В. Шутинского. В 1914 году Викентий Викентьевич Василевский выделился с семьей из д. Тюнярь на хутор, (который находился на территории современной станции Итатка, недалеко от хуторов трех братьев Шутинских).

Где был хутор Викентия Василевского? В начале 1920-х годов Василевские породнились с Мачкинисами. Дочь Викентия Василевского Анна вышла замуж за Христофора Адамовича Мачкиниса (в родне – «Крисюк» - от Кристофор, Кшиштов), зять жил на хуторе тестя. Видать, жили и работали хорошо, потому что в 1920 году в начале коллективизации, их пришли раскулачивать. Хутор числился за Викентием, но фактически им руководил более молодой и энергичный Христофор. По словам родни Крисюк «утаился», а мой прадед посчитал, что его по возрасту не тронут, и потому послал пришедших куда подале. Но сложилось иначе. Викентия Викентьевича Василевского забрали и до сегодняшнего дня никто не знает, как он окончил свои дни. Известно лишь то, что его дочь Елена, моя бабушка, сразу после ареста ездила его искать, что лагерь находился где-то за Асино в деревне Ново-Кусково. Ей ответили, что он умер с голода, но не дали никаких подтверждающих документов. В архиве ФСБ его дела нет.

Место захоронения Юзефы Феликсовны Василевской–Сакович – деревня Андреевка. Сама деревня ныне не существует, но сохранилось кладбище.

Старший сын Викентия Юлиан обвенчался 23.11.1909 с Михалиной Иосифовной Герман, 19 лет (ГАТО 527-1-473). У него был свой хутор.

Их дети

Мария 6.1.1910, - 29.10.1999 (Гермова) похоронена в г. Северске.

Константин 20.12.1912 – 14.4.1978, похоронен в Пермской области, пос. Керас.

Валерия 25.12.1914 – родилась в Тюняре

Вера – 23.12.1922 - 2012.

Осип 1923-1940 - похоронен в д. Тюнярь

Нелля – 2.1.1927 г (Малякина)

Валя, Нина, Полина, Анна – умирали «через слабые легкие» к 16-18 годам. Все они похоронены в д. Андреевка, где хоронили родню в период жизни   на хуторах с 1914 по 1935 г, позже народ согнали в колхоз «Перестройка» и стали хоронить в Тюняре.

Юлиан жил на хуторе, потом переехал обратно в д. Тюнярь (непонятно, почему бросил хутор: отобрали? В связи со вступлением в колхоз? Тогда почему Викентий Викентьевич Шутинский никогда не переезжал с хутора?

Михалина Иосифовна Герман - латышка. Ее отец, Герман Иосиф М ?() имел хутор с 1912 года и жил недалеко от поселка Двухречье Александровской волости. Старшая дочь Юлиана и Михалины Мария вышла замуж за Гермова Владимира Алуизовича (Алюзовича), который родился и жил в д. Омутная Семилуженской/Александровской волости. Он имел братьев Адольфа и Антона (р. 1910 г.) Все трое были репрессированы в 1937 году, но в ФСБ хранится дело только на Антона.

Дети Марии и Владимира

Павел – умер в 1989 г., похоронен в Асино

И Леонид – живет в Туве, пос. Туран.

Владимир Алуизович отсидел до 1945 г, со второй женой уехал в Тайгу или Новсибирск. Мария также вышла вторично замуж, когда муж был в лагерях,  от второго мужа Николая Сударева у нее дочь Нина, родилась 28.2.1944, уже умерла, похоронена в г. Северске. Сын Юлиана Константин взял в жены Масловскую Евдокию Яковлевну, 1912 г.р., от которой у него двое детей Анатолий, проживающий в Таджикистане и Виктор, инвалид, живет в поселке Шегарка, детей у него нет. Осип Юлианович был призван в армию в 1940 году,  но был комиссован по состоянию здоровья, так как сильно простыл. Вернулся домой в деревню Тюнярь и вскоре умер.

Розалия Викентьевна вышла замуж за Ивана Жданович.

Виталий Викентьевич до мобилизации на Первую Мировую был не женат. В родне говорят, что погиб в 1915 году. Имеется фотография – трое призывников в форме рядовых.

Анна Викентьевна, как уже упоминалось выше, вышла замуж за Мачкинис Христофора Адамовича. Род Мачкинисов несколько раз пересекался с   родами Василевских, Шутинских, Чайковской. У Христофора был брат Селиверст (1904 г.р.), его дочь Таисия (1924 г.р.) вышла замуж за Людвига Антоновича Шутинского (1918 г.р.) Сестра Мальвина – дважды выходила замуж, в обоих случаях – за Чайковских. Дочь брата Христофора Михаила, Мария, в замужестве тоже Чайковская.

Мачкинис (вариант написания Мацканис), судя по фамилии, может быть литовцем. Родоночальником Мачкинисов является Адам Мачкинис, его жена Уршуля в девичестве была Рутковской.
Они имели детей

Христофор 1894-3.2.1995, похоронен в Итатке

Селиверста 15.9.1904-25.9.1969, похоронен в Томске на Северном кладбище. Он был женат на Анне Тумалевич, а ее родная сестра Елена была замужем за Антоном Викентьевичем Шутинским. А дочь Селиверста Таисия – замужем за Людвигом Антоновичем Шутинским, который приходится ей двоюродным братом. Другая дочь Селиверста Вера вышла в Томске замуж за Чернова Аркадия Алексеевича. Потом он переехал в Москву.

Константина

Михаила

Станислава, род 15.2.1915

Мальвину (Чайковскую)

Эмилию (Крепшу)

Наталью (Залецкую)

Нину (Гуданис или Гуданец)

Хутор Адама Мачкиниса находился между Итаткой и офицерским поселком (12-я площадка) В воспоминаниях он остался как человек со сложным («вредным») характером. Вредный, кстати, скорее было результатом этнического стереотипа, что литовцы все «вредные». Умер он у своего сына Селиверста в Томске примерно в 1946 году. Имеются воспоминания, что его жену Уршулю убили «бандиты», когда это было – неизвестно.

Дети Христофора Адамовича Мачкиниса и Анны Василевской:

Нина 24.6.1923-14.1.1973, (Жохова), похоронена в Итатке. С Петром Михайловичем Жоховым имели детей Владимира, Анну и Вячеслава

Павел 1924-8.3.1952, у него была дочь.

Мария (1928 – (Попова) От Петра Игнатьевича Попова имела детей Владимира, Нину и Ольгу.

Агафья (2.5.1930 (Тузикова) Моя крестная мать, вышла замуж за Тузикова Петра Ивановича. В корнце 1960-х уехала жить в Алмату. У нее есть сын Владимир.

Людмила 17.4.1942 (Мальцева), тоже уехала с семьей в Алмату. Муж Виктор Григорьевич, 1932 г.р., работал водителем на цементзаводе , дочери Наташа (1960, в замужестве Минина), Виталий 1964-1982, Татьяна 1969 г.

Виктор 29.5.1932 женат на Атимасовой Марии Степановне, живут в Итатке. Дети Павел (1956, живет в Итатке, пожарный, имеет сына Виктора 1980 г.р.) и Наташа, котрая с семьей живет в Томске.

 

[1] По словам Е.В. Шутинской трое умерших детей были ДО появления Адели (1907 г.) То есть свадьба никак не могла состояться в 1906 г.? Перерыв между 1914 и 1919 г. связан с пребыванием деда на войне и в   «германском плену».

[2] Эмилия Одинецкая в 1937-1939 г. работала в г. Томске на предприятии.

[3] О судьбе Антона Шутинского см. ниже.

[4] Подробнее о судьбе Брониславы Березовской см. ниже.

[5] Подробнее о судьбе Эмилии Одинецкой смотри ниже.

[6] После 1917 года Виленская область была возвращена Польше и   более 20 лет оставалась под ее юрисдикцией. В 1939 г. по пакту Молотова-Риббентропа передана в состав Литвы, и в состав СССР вошла после войны 1945 г. В некоторых районах области поляки составляют 90% населения.

[7] Ныне г. Свенцяны называется Швенчёнис и принадлежит Литве.

Из семейного архива Геннадия Николаевича Березовского.


Условные
обозначения
столица
региона
город село деревня,
поселок
до 1917 года
после 1917 года
до и после 1917 года
Населенные пункты

История изменений

Комментарии (0)