Воспоминания о партизанском движении в Ново-Кусковской волости

Воспоминания о партизанском движении в Ново-Кусковской волости

12.04.2019, Браневский Василий Филиппович, участник событий.
ФИО переселенцев
Авдеев
Анучин
Браневский
Гончаров
Горенков
Григорьев
Демишев
Желтов
Зайцев
Зворыгин
Зворыкин
Кровельщиков
Кузьмичев
Курочкин
Лубков
Макаренко
Мальцев
Новиков
Отрепин
Савловец
Суров
Трунов
Ульященко
Хотилов
Цветков
Шаненков
Шведов
Тип материала
Документ
Места переселения
Арышева, Томская губерния
Асино, Томская губерния
Берлинка, Томская губерния
Гагарино, Томская губерния
Ежи, Томская губерния
Зырянское, Томская губерния
Латат, Томская губерния
Митрофановка, Томская губерния
Ново-Кусково, Томская губерния
Семеновка, Томская губерния
Тихомировка, Томская губерния
Торбеево, Томская губерния
Цыганово, Томская губерния

Похожие материалы

Воспоминание о партизанском движении против правительства Колчака в период 1918 – 1919 годов

Браневского Василия Филипповича,

бывшего красного партизана, командира взвода и члена штаба партизанского отряда,

проживающего с 1900 года в деревне Ксеньевка,

в настоящее время - г. Асино.

 

Памятник  партизанам отряда Гончарова в г. Асино.

 

В распоряжении имеются два текста воспоминаний В.Ф. Браневского о партизанском движении. Первый написан в 14 апреля 1957 года, хранится в Асиновском краеведческом музее. Второй – 20 августа 1963 года, хранится в личном архиве Н.М. Браневской. В целом тексты идентичны, текст публикуется по варианту 1963 года.

 

Партизанское движение 1918 – 1919 годов проходившее на территории бывшего Томского уезда Томской губернии – дело порядочного прошлого, но для истории оно должно быть небезынтересным. Так как оно исходило от широких масс трудящихся, и действия партизан поддерживалось широкими массами трудящихся, как рабочих, так и крестьян. В своем воспоминании я имею ввиду рассказать о событии, которое происходило в населенных пунктах на территории административного деления настоящего периода Асиновского, Туганского, Пышкино-Троицкого, Зырянского и Ижморского района.

 

Из книги «Земля Асиновская. Т. 1 Сборник научно-популярных очерков. — Томск, 1995

 Партизанский отряд организовался не случайно. Его зарождению многое способствовало. И в первую очередь – Октябрьская социалистическая революция, положившая конец господству капиталистов в России. Революционным путем рабочие в союзе с крестьянами взяли в свои руки управление государством через Советы рабочих и крестьян, депутатов. Но капиталисты не сложили оружие, началась гражданская война внутри страны, контрреволюционные элементы при поддержке и прямом вмешательстве интервентов в ряде районов страны организовали мятежи. В том числе и в Сибири контрреволюции удалось временно захватить власть. Ставленником контрреволюции оказался Колчак. Правительство ставило задачи восстановить в России свергнутую монархию и господство капиталистов. Колчак захватил в Сибири власть и начал вводить свои новые порядки, которые труженики города и деревни знали со времен царизм и против которых боролись не один десяток лет. Поэтому крестьяне и рабочие считали своим долгом еще с большей силой организовать борьбу против контрреволюционного правительства Колчака. Подготовке к вооруженному восстанию в бывшей Ново-Кусковской волости (теперь – Асиновский район) предшествовала глубокая подготовка большевистской подпольной организации, руководила которой Томская подпольная коммунистическая организация. Подпольные организации возникли осенью 1918 года в Ново-Покровке (Куляры) Ивано-Богословского сельского совета и деревне Ксеньевка (Асино). От томской подпольной коммунистической организации для работы с подпольщиками деревень Куляры и Ксеньевка был направлен т. Гончаров. Он же впоследствии был начальником партизанского отряда. Подпольная организация по подготовке вооруженного восстания зародилась в бывшей Ново-Кусковской волости потому что, в основном, эти деревни были населены бедняками. Из которых многие, будучи еще в царской армии принимали активное участие в свержении царизма и при свержении Временного правительства в октябре 1917 года и организовалась Власть Советов.

Прибыв по демобилизации домой, они увидели, что их борьба оказалась не законченной, что ее надо продолжать, так как в Сибири Колчак с мая 1918 года начал вводить новые порядки. Одним из ярких фактов колчаковских порядков можно привести из событий в Сентябре 1918 года. Из города Томска в Ново-Кусково для наведения порядков правительством Колчака был направлен конный карательный отряд. Этот отряд при наведении порядков показал, чьи интересы он защищает. Первым делом карательный отряд произвел аресты всех активистов, кто выступал против Колчака и призывали к восстановлению власти Советов. Арестованных наказывали самосудом, избивали розгами и шомполами. Таким порядком был избит житель деревни Казанка т. Анучин, в деревне Ксеньевка – т. Хотилов и др. В деревню Ксеньевку в сентябре 1918 года карательный отряд прибыл ночью, о чем население узнало только утром, ввиду того, что прибытие отряда явилось новинкой для деревни. (До этого еще не было новых порядков). Еще было промежуточное положение, хотя Совдепы были свергнуты. Но дух их оставался в силе, и жители деревни Ксеньевки, в основном – солдаты-фронтовики, собрались для того, чтобы провести проверку, что за конный отряд прибыл в деревню. В числе собравшихся был и я. Народу собралось 150 - 200 человек. Наш сбор от квартиры Карателей находился на расстоянии примерно 200 метров[1]. Пока мы советовались, кого направить для переговоров с отрядом карателей, они сели на лошадей, обнажив шашки и револьверы, и бросились на нас, подминая народ лошадьми и избивая ногайками. Ждать было нечего, пришлось убегать. Молодежь быстро скрылась, хотя и попало, но меньше, чем старикам. Эта встреча с картелями хорошо показала новые порядки правительства Колчака.

В подпольной организации мне не пришлось принимать участие. Но что подпольная организация существует, это чувствовалось по обстановке и поведению некоторых товарищей. По соседству с нами в Зырянском районе еще в 1918 году начал действовать партизанский отряд под командованием т. Лубкова. Подпольная организация д. Ново-Покровка в марте месяце 1919 года разгромила белую милицию в д. Вороно-Пашня. Это встревожило белых, и они стали искать подпольщиков. С этой целью в подпольную организацию белый милицией был послан провокатор, некто Зайцев. Его подпольщики не разоблачили, и пробыв с подпольщиками небольшой период Зайцев явился в Ново-Кусково в карательный отряд белых и предал подпольщиков, находящихся в деревне Ново-Покровке (Куляры). Карательный отряд (апрель 1919 г) напал по указке предателя Зайцева на д. Ново-Покровку. Было арестовано карателями человек 20 актива и отвезены в Ново-Кусково. Но картелям не удалось разгромить подпольную организацию, так как ее руководитель и боевая группа находились на заимке, о чем предатель Зайцев не знал. Как только стало известно руководителям подпольной организации о налете на деревню и арест актива, немедленно были приведены в порядок боевые силы, и ночью подпольщики напали на Ново-Кусково, разбили карателей, освободили арестованных. Этим было положено начало открытого восстания против войск правительства Колчака в Ново-Кусковской волости[2]. Подпольной организации, находившейся в д. Ксеньевка не было известно о действиях подпольщиков в д. Ново-Покровке. И только утром после ночного разгрома карательного отряда в Ново-Кусково в д. Ксеньевке стало об этом известно, так как через деревню Ксеньевка, спасаясь от преследования, пробежало несколько карателей. В это утро подпольщики деревни Ксеньевки вышли на открытую борьбу и задержали несколько человек бежавших карателей. Подпольщиков с первых шагов действий поддержало население. Мне с группой товарищей, не принимавших участие в подпольной работе, пришлось задержать трех карателей и представить их действующему штабу подпольной организации.[3]

Комвзвода Василий Филиппович Браневский. Фотография 1916 года.

 

При задержании карателей было приобретено для себя оружие, так как до этого не было, задерживали картелей с ружьями и дубинами. В этот день, когда ксеньевские подпольщики вступили в открытую борьбу с контрреволюционерами, пока одни занимались вылавливанием карателей, остальные начали вести организационную работу по сколачиванию вооруженных отрядов. И это успешно осуществилось - в этот же день был организован повстанческий штаб и вооруженная повстанческая дружина. Числе боевой дружины оказался и я.

 

Удостоверение  красного партизана В.Ф. Браневского.

 

К вечеру этого же дня в д. Ксеньевка были расставлены вооруженные патрули, деревня превратилась в военный лагерь, а штаб вел работу по расширению сферы своего влияния, то есть разослали во все концы своих представителей для призыва к восстанию и сбора оружия. Из деревни Куляры на второй день приехала вся боевая группа в Ксеньевку, во главе с т. Гончаровым и его помощником по фамилии Зворыкин Владимир «Сережа» [4] и девушкой Аней Григорьевой, которая помогала по медицинским вопросам. Работой по организации вооруженного восстания и сбора оружия в основном занимались бывшие подпольщики деревни Ксеньевки. Персонально – тт. Макаренко Федор Семенович, Ульященко Иван Петрович, братья Цветковы, Василий и Сергей, братья Кровельщиков Роман и Иван, братья Горенковы Василий и Афанасий, Демишев Василий и многие другие. Период открытого вооруженного восстания деревни Ксеньевка относится к весенней распутице, бездорожью, что не давало возможности из Томска быстро послать карателей на подавление восстания, а поэтому создались условия для проведения серьезной работы среди населения всего Асиновского и Пышкино-Троицкого районов. Деревня Ксеньевка была центром, где формировалась дружина, впоследствии переименованная в партизанский отряд. Была организована работа мастерских по ремонту оружия и изготовлению патронов. Для ремонта оружия изготовления патронов была использована кузница Кузьмичева Василия с сыном Дмитрием, где они работали сами и помогали другие ребята. Первые дни восстания штаб-квартира находилась в квартире Шаненкова и Трунова Захара, с последующим перемещением в помещение сельпо, находящейся в то время на улице Асина, там же был склад оружия и других вещей. За период 10-12 дней открытого выступления подпольной организации деревни Ксеньевка партизанский отряд насчитывал в своем составе 150 солдат, на вооружении которых было 100 винтовок, остальные вооружены охотничьими ружьями. Из них было организовано три взвода. Командовать одним взводом штаб поручил мне. Начальником отряда был т. Гончаров, помощник – Зворыкин.

По окончании формировки боевых дружин стало ясно, что в д. Ксеньевке отряду делать нечего, к тому же период бездорожья закончился. Было решено штабную работу продолжать с нахождением центра в Ксеньевке с распространением влияния на все штабы в других деревнях, а вооруженная часть выступает из Ксеньевки двумя маршрутами. Из них первый: Ксеньевка - Ново-Кусково – Казанка – Митрофановка – Ивано-Богословка – Мало-Жирово – Латат. Этот отряд был направлен в составе одного взвода с начальником отряда Гончаровым. Второй: Ксеньевка – Феоктистовка - Больше-Дорохово – Мало-Жирово – Латат – Куль, где и было назначено соединение обеих групп. Вторая группа – в составе двух взводов, куда входил и мой взвод. С нами был заместитель начальника отряда Зворыкин, по плану намечалось дальнейшее продвижение в направлении к городу Томску. Задача отрядов по проходимым маршрутам состояла в том, чтобы на пути прохождения отрядов укрепить связь с активом, провести сбор оружия и боеприпасов и изолировать попадающие на пути следования контрреволюционные элементы. Наш второй маршрут в составе двух взводов, численностью 120 человек свой путь прошел в течение четырех суток. Везде, где проходил отряд, население с радостью встречало и оказывало всестороннюю поддержку как продовольствием, так и транспортом. Наш отряд первым прибыл в Латат. Отряд провел круговую разведку. В таком порядке прошли 2-3 дня, а первого отряда не было. Наш отряд находился в д. Латат в направлении Томска. В Ново-Архангельске (Куль) держали заставу и постоянно работал отряд разведчиков в направлении к Томску. Находясь на стоянке в д. Латат, провели в отряде самочистку от неустойчивых, поставив задачу: «Лучше меньше, но устойчивых». Отсев был незначительный. На третий день стоянки отряд получил первое боевое крещение. Бой с движущимся из Томска карательным отрядом в составе 600-700 человек.

 

Карательный отряд Сурова. Суров – в белом плаще. 1919 год.

 Отряд шел на подавление нашего восстания. Наш отряд в это время имел немного больше 40-50 человек, с которыми и выступили мы навстречу движущемуся карательному отряду. С одной стороны, не имея опыта ведения партизанских боев, а второе – слишком большой был порыв у наших бойцов встретиться лицом к лицу с врагом и биться с ним до последней капли крови. Хорошо дрались бойцы, но наша беда состояла в том, что мы имели по 50 штук патронов на винтовку, и совсем не было пулеметов и другого оружия. Наш огонь, безусловно, не мог задержать наступающую лавину карателей. Как только мы израсходовали основательно патроны, а некоторые израсходовали полностью, вынуждены были отступить, совершенно не снизив боевой дух. Каратели зашли в деревню Куль, и начали мстить местному населению, производя массовую порку шомполами. Наш отряд отступил до деревни Латат, где были расположены наши остальные силы. Приводя в порядок все в отряде, имея ввиду, что оказывать сопротивление нашими силами мы не можем, отступили до Мало-Жирова. К вечеру этого же дня каратели зашли в деревню Латат и повторили массовую порку. И больше всего издевались над теми, у которых были размещены партизаны и наше командование. В Латате двух расстреляли и сожгли дома. Так начался кровавый поход белых карателей по деревням бывшей Ново-Кусковской волости. Отряд карателей под командованием Сурова с первых шагов встречи с нами старались побоями и расстрелами запугать мирное население, обострить отношение с партизанскими отрядами. В деревне Мало-Жирово наш отряд снова принял бой с карателями, но без успехов в нашу пользу, потому что бой был лобовой, открытый, и по составу бойцов силы были неравные. К этому времени к нам еще не прибыл первый взвод с начальником Гончаровым. После Мало-Жирово наш отряд отошел в направлении д. Ксеньевка. Пришлось работу штабов прекратить, а действовать только партизанскому отряду. Наш отряд учел уроки первых боев с карательным отрядом. Каратели продвигались на наш центр в д. Ксеньевку и д. Куляры (Ново-Покровку). После Мало-Жирова на третий день карательный отряд в составе 600-700 человек начал наступать на д. Ксеньевку по направлению с восточной стороны, южной и западной, рассчитывая на основное сопротивление в этом месте. Мы учли это заранее, и к обороне Ксеньевки не нашли нужным готовиться из-за плохой вооруженности и отсутствия боеприпасов. В то время, когда карательный отряд продвинулся на Ксеньевку, наш отряд находился в д. Казанка и Челбак. Каратели, наступая на д. Ксеньевку, не встретили вооруженного сопротивления. Еще больше остервенели в страхе перед неожиданным нападением партизан. Расстреляли стадо коров, которые, идя с пастбища, находились в пыли. Их посчитали за конницу. Белые, заняв Ксеньевку, первым делом занялись расправами по указке предателей с местными жителями. Хозяйства подпольщиков были сожжены. На сходе потребовали выдать большевиков и организаторов вооруженного восстания. Никакие угрозы не помогли белым найти большевиков. Не помогла и порка шомполами. Но, чтобы смягчить участь остального населения, товарищи Новиков Андрей и Курочкин Константин вышли вперед и заявили белым, что они большевики. Их отвели в сторону, отвели еще несколько человек и расстреляли на глазах всего схода. Кроме того, белые стали вылавливать по указке предателей Трунова Ивана и Мальцева Фомы был пойман партизан разведки Желтов, Горенков и другой актив. Расправившись с с жителями деревни Ксеньевка расстрелами, порками и поджогами, каратели направились в волостной центр Ново-Кусково. Там и обосновались на постоянную стоянку. Когда расправлялись с жителями деревни Ксеньевка, мы находились в д. Челбак. Нам хорошо было видно ночью, как каратели жгли Ксеньевку. Можно представить, какое в отряде было настроение. На рассвете мы от своего отряда д. Челбаки в направлении д. Казанка выслали разведку в составе 10 человек. Наша разведка от Челбака отъехала 1 км. И встретилась с разведкой белых карателей. После перестрелок между разведками наша разведка залегла, послав в отряды донесение, а разведка белых вернулась в Казанку. Получив донесение разведки, мы решили дать бой белым и бросились к залегшим разведчикам. К этому времени отряд карателей начал выступление на нашу разведку. Численность белых была 150- 200 человек. Нас было 80 человек. После непродолжительной перестрелки с наступающими мы пошли в штыковую атаку. Белые атаку не выдержали – пошли наутек. Мы их гнали до д. Казанка, где им пришла поддержка из Ново-Кусково, отряд с пулеметами. После чего наш отряд вернулся обратно к Челбакам и подсчитал итоги. В этом бою мы хорошо запаслись патронами, винтовками, за счет убитых белых. А их было больше десятка, в том числе – два офицера. Это в какой-то степени успокоило наши нервы, но давать лобовой бой белым в Казаке нам не было целесообразно. Можно было потерять людей, но не иметь успеха. Решили организовать встречу с белыми в более лучшее время. Наши первые действия показали, что для дальнейших боев надо объединить больше сил. А такой силой был партизанский отряд под командой Лубкова Петра Кузьмича. В это время отряд оторвался от белых, занимаясь повышением своих боевых знаний, расположился за р. Чулым в дд. Ежи, Пышкино-Троицкое и Тарбеево. Ответ из отряда Лубкова П.К. получили быстро, иначе говоря, лубковцы дали согласие приехать к нам. Место встречи было назначено д. Тихомировка, куда и прибыл отряд Лубкова и расположился ночевать с расчетом дождаться нашего отряда. Мы были в это время в Тарбеево. Узнав, что лубковцы к нам едут, а именно в д. Тихомирово, мы перебрались через Чулым и Курью и высадились в д. Ксеньевке, с тем расчетом, что до Тихомировки пройдем пешком 10 км. Но в Тихомировку нам ехать не пришлось. Наша разведка сообщила, что на отряд Лубкова напали в Тихомировке каратели и Ново-Кускова. Лубков с боем отступил через Больше-Дорохово в Зырянский район. Наш отряд, получив такое сообщение, решил идти на соединение с Лубковым, и отправились по маршруту: Ксеньевка – Больше-Дорохова – Семеновка – Цыганово – Берлинка – Зырянка – Святославка. Там и провели соединение отрядов. Отряды объединили, но тут же выделили отдельный отряд под командованием Гончарова для действий в Ново-Кусковской волости и за р. Чулым в нынешнем Пышкино-Троицком районе. В отряде Гончарова осталось 20-30 человек, а все остальные – в отряде Лубкова.

Отряд Лубкова был в то время грозой белых. Интересно отметить моменты: мы в отряде Лубкова располагались всегда в деревнях. И не смотря на то, что недалеко в соседних деревнях находились отряды белых, на наш отряд не нападали. Мы стали нападать на отряды белых, так был разбит отряд белых под Колыоном. На отряд в это время в своем составе имел около 400 бойцов, в том числе пришло пополнение щахтеров 50 человек из Анжерки. Тогда решено было разбить чешские части на железной дороге станции Ижморская и охрану моста на реке Яя. Операция была хорошо подготовлена и успешно решена. Как на станции Ижморка, так и около моста на реке Яя белые были разбиты, наш отряд в этих боях отбил большое количество трофеев: японских винтовок, много патронов, обмундирование и другое. Отряд после этой операции отошел вглубь от железной дороги. Необходимо было дать отдых. Все было сделано, казалось бы, хорошо, но не учтено было одно, что мы вели операцию в расположении населенных пунктов, которые были расположены больше к белым. Это деревни Теплоречка, Почтамка. Когда за нами погнался полк чехов, жители этих деревень помогали найти нас, на что наш отряд не располагал, особенно сам Лубков. Нападение чешского полка произошло неожиданно, и нам пришлось принять неравный бой. Мы потеряли 5-6 человек убитыми, несколько человек ранеными, а также несколько человек, которые попали в плен к чехам. В числе пленных оказался сын Лубкова. Он был болен и еще подросток, и находился в отряде с отцом. Во время увести его не было возможности. Наш отряд вынужден был отступить и оторваться от чехов. Это придало чехам уверенность на разгром нашего отряда, и они методично начали нас преследовать. На второй день наш отряд собрался в деревню Михайловку и Гагарино Зырянского района. В это время в деревню Михайловку прибыл отряд, которым командовал Гончаров. Надо было решить некоторые организационные вопросы, так как Лубков был тяжело ранен, но это провести не удалось. Снова появились чехи и начали нас обстреливать. Был убит начальник отряда Гончаров, отряд остался без общего командования. И пришлось из Михайловки отступать несколькими группами. Наша группа сто человек, в том числе и раненый Лубков, решили отправиться через Зырянку в Асиновский район. Нам необходимо было в первую очередь обеспечить лечение раненного Лубкова. Лечить в отряде не было возможности. Поэтому решили Лубкова с группой бойцов направить лечиться в то место, где бы не могли напасть белые. Так и сделали. Предварительно договорились, что после лечения он нас находит за рекой Чулым, в Пышкино-Троицком районе, в д. Калиновка и Линда. Группа с раненым Лубковым оторвались от преследования чехов и удалились на лечение. А наш отряд через деревню Мишутинку (Мишутино – Н.Б.) взял направление на деревню Арышево с тем чтобы переправиться через р. Яя в д. Больше-Жирово Асиновского района. В деревню Арышево через р. Яя переправиться успели. Но за нами в погоне шли чехи. На реке Яя между деревней Арышево и Деревней Больше-Жирово произошел короткий бой, и мы оторвались от преследования чехов. Им через р. Яя переправиться было не на чем. Наш отряд, будучи в Асиновском районе сделал разведку и установил, что в Ново-Кускове расквартирован отряд карателей численностью 300-400 человек. И мы решили после отдыха отправиться к месту сбора раздробленных групп за р. Чулым в д. Калиновку и Линду. К нашему прибытию к месту сбора отряд увеличился. Отрядом командовал т. Зворыкин «Сережа». Отряд расположился в д. Линда. Его необходимо было привести в порядок. Но нам это не удалось. Утром на второй день нашего пребывания в д. Линда наша разведка сообщила, что приближается к Линде отряд белогвардейцев, прибывших из д. Сергеева в составе 150-200 человек. Нам пришлось с белыми в бой, но силы были неравные. Нам пришлось из д. Линда выступить в лес. Белые, заняв д. Линда, на этом ограничились, в лес не пошли. А в это время в д. Калиновку расстояние от деревни Линда 1 км. Прибыл после лечения Лубков и со своей группой для соединения с нами. Узнав, что в Линде белые, он с одним из бойцов пробрался в д. Линда и убил их, угнал весь транспорт – лошадей. Это ошеломило белых, и они покинули д. Линда и направились назад в Сергеево. Но на их пути в д. Ново-Мариинка их ожидала гр. Лубкова. Здесь произошел бой, белые бежали до Сергеева. В этом бою Лубкова тяжело ранило, оказался раненым и боец Авдеев Виталий. Только к концу дня мы соединились с гр. Лубкова в д. Линда. Казалось, каратели бежали, можно навести порядок. Но это нам не удалось, так как за группой Лубкова из Колыона гнался отряд карателей в большом составе, поставивший задачу поймать Лубкова и уничтожить группу. Эта погоня нам не была известна, не знал об этом и Лубков. Отряд карателей рассчитывал на легкую победу, и на второй день после Сергеевского отряда начали наступать на нас в д. Линда. Мы приняли этот бой, но белых было втрое больше и вооружены до зубов. Мы были вынуждены покинуть д. Линда и уйти в д. Зимовское за 40 км в тайгу. С нами были тяжело раненые Лубков и Авдеев. Жители д. Зимовское с населением в 30 домов нас приняли хорошо, но содержать наш отряд им было не под силу. И нам надо было искать пути выхода из тайги. В Д. Зимовское через тайгу проходила одна дорога – через д. Линда. Она оказалась закрытой белыми и нашему отряду пришлось из д. Зимовское выходить через тайгу без дорог. Прежде, чем выходить из тайги, пришлось найти место для лечения раненых. Их решили оставить в тайге на заимке, где жили пять хозяйств охотников. Эта заимка расположена в глухой тайге в 12 км. от д. Зимовское и 40 км. от д. Линда. Для охраны раненых отсавили 10 бойцов и сестру-медичку. После этого отряд несколькими группами через д. Зимовское вышли в населенные места и стали действовать самостоятельными отдельными группами. Необходимо остановиться и рассказать, что случилось на заимке, где остались наши раненые. После нашего ухода из д. Зимовское здесь оказались предатели, жена местного торгаша. Она узнала, что на заимке Отрёпина оставлены раненые, в том числе Лубков. Сообщила об этом в д. Линда отряду белых и сама взялась повести отряд на замку. На рассвете каратели окружили заимку и стали наступать на дом, где были раненые. Но раненые накануне были перемещены в другое место, чего белые не знали. И когда белые начали атаку дома с ранеными, их там не оказалось. В это время раненым удалось удалиться в тайгу и спастись. А охрана приняла бой и все погибли[5]. После ухода белых раненых Лубкова и Авдеева охотники нашли в тайге и вылечили. После лечения они прибыли в отряды и продолжали действовать.

Действия партизанских отрядов продолжались до декабря 1919 года, то есть до прихода Красной Армии в Томск. С приходом Красной Армии в Томск многие партизаны вступили в ряды Красной Армии, помогали громить колчаковцев, остальные, сдав оружие, приступили к восстановлению на местах советской власти. Мне и Макаренко Ф.С. Губревком поручили в Ново-Кускове восстановить Советы, как волостной, так и по селам, что мы и сделали. В Ново-Кусково организовали волостной комитет, в его состав вошли мы, организовали советы во всех седлах волости

Партизанское движение в то время в Томской губернии и в целом в Сибири сыграло огромную роль в оказании помощи Красной Армии, в разгроме Колчака. Все время для борьбы с партизанами колчаковская армия должна была держать у себя в тылу тысячи солдат. Партизаны мешали мобилизации в колчаковскую армию. А если и мобилизуют, то большинство сдавались в плен, то есть переходили в Красную армию. Население в тылу белых все время поддерживало партизан, всячески саботируя мероприятия правительства Колчака. Действие партизан оказало влияние и на солдат колчаковской армии, так в отрядах белых карателей, расположенных в деревне Ново-Кусково, Сергеево, были организованы подпольные группы из солдат и когда колчаковцы отступали, в отрядах подняли восстание, перебили своих офицеров и добровольцев, а отряды сдались красной армии. Так было убито только офицеров 22 человека в д. Ново-Кусково, и в Сергеево – 12 человек. Колчаковские каратели за свое пребывание в Ново-Кусковской волости в период 1918 – 1919 годов сотни людей избили шомполами и плетями, разграбили много хозяйств партизан и актива, сожгли десятки домов. Только в д. Ксеньевка сожжено 13 домов с постройками. В д. Куляры – 12 домов.

Деревни Ново-Кусковской волости покрылись братскими могилами расстрелянных и замученных белыми. Братские могилы остались в деревнях Верхние Соколы, Вороно-Пашня, Кулярах, Казанке, Челбаке, Ново-Кусково, Асино, Тихомировка и несколько могил по бывшему Пышкино-Троицкому району. Каратели, чтобы запугать население не гнушались никакими мерами. Арестованным при допросах выкручивали руки, отрубали пальцы и уши, под ногти забивали иглы и многие другие издевательства. Арестованного в Ксеньевке Макаренко Семена (отец Ф.С. Макренко) привязали к оглобле и гнали 10 км до Ново-Кусково, там его замучили и расстреляли. Пойманого нашего партизана Шведова в Ново-Кусково четыре солдата подняли на штыки и носили по улице, пока он не скончался. Убивали и детей партизан. Так погиб мальчик-партизан Николай Горенков, отец которого был в отряде партизан. Всех расстрелянных и замученных мы хоронили в болотах. На кладбище не дали. В 1920 году мы всех расстрелянных нашли и перехоронили в братские могилы, которые население чтит и охраняет. Из участников гражданской войны тех времен остались единицы. Часть погибла в прошлых войнах и многие умерли по старости. Остальные в живых, пенсионеры. Мне по возрасту 67 лет. Но я еще работаю, хотя и получаю пенсию. Вся моя короткая жизнь прошла в труде. Из простого деревенского парня вырос до руководителя советскими организациями, руководителя строительствами. Теперь работаю районным архитектором. Член КПСС.

20 августа 1963 года.

[1] Отряд квартировал в доме Савловец Павла. Это значит, что оно было на виду у карателей. (АКМ, л. 4)

[2] Это было в ночь с 13-14 апреля 1919 года. – Н.Б.

[3] В это утро подпольщики деревни Ксеньевка вышли из подполья на открытую борьбу, начав с задержания бежавших картелей. Подпольную организацию с первых их шагов поддержало население. Мне с группой товарищей – в т. ч. один из подпольной организации, тов. Макаренко Федор Семенович, выпало на долю задержать карателей и представить в распоряжение уже действующей открыто повстанческой организацией. (Бывшей подпольной организацией). (АКМ. С. 5)

[4] Сережа – подпольная кличка Зворыкина В.А. – зам. Командира партизанского отряда Гончарова (Иногда В.Ф. пишет Зворыгин).

[5] Сделано было, как казалось, все по серьезному. Раненых отнесли на место, выделили охрану в составе 10 человек и для лечения оставили медсестру. Но не всегда всё хорошо предусмотришь. Через 4-5 дней наших раненых и охрану постигло ужасное несчастье: о месте нахождения наших раненых знала контрреволюционерка, жена расстрелянного нами торгаша, и сообщила об этом белым. И не только сообщила, но и взялась проводить отряд белых тайгой к месту нахождения раненых. А поскольку белым было известно точно расположение наших раненых, они окружили их, вся охрана и сестра милосердия наша погибла, а раненым удалось спастись, потому что накануне раненых переместили в другой длом на отшибе, о чем предательница не знала. Поэтому когда каратели окружили хутор, то их стремление было на дом, где расположены раненые, а на фактическое место нахождения раненых не обратили внимания. (АКМ, Л. 15)


Условные
обозначения
столица
региона
город село деревня,
поселок
до 1917 года
после 1917 года
до и после 1917 года
Населенные пункты

История изменений

Комментарии (0)